— Нет. — Голос Лиды звучал мягко, но непреклонно. — Позвони твоему знакомому, который руководит операцией, и предупреди, что я еду домой.
— Пока дезактивацию проводят, хотя бы у меня посиди.
— Это время посижу. — Она тоже улыбнулась. — Думаю, твоя подруга сможет вынести меня без ущерба для твоего здоровья.
Всю дорогу до дома Корсаков думал о том, как так случилось, что присутствие в непосредственной близости Риты вносит в его жизнь разлад, скандалы и неприятные ощущения? Раньше она, наоборот, всегда эту жизнь упорядочивала и украшала, уютно и ненавязчиво обустраивая пространство вокруг Ивана хоть на работе, хоть дома. Что изменилось? Их отношения за три месяца, которые они провели вдалеке друг от друга? Его терпимость? Ее готовность мириться с собственным неудобством, лишь бы было удобно ему? Ответа на эти вопросы он не знал. Но тот факт, что Рита стала, как бы двусмысленно это ни звучало, инородным телом, невозможно было игнорировать.
Открывая ключом дверь, он был готов к тому, что она встретит появление Лиды если и не скандалом, то недовольной миной. Однако произошло иначе. В прихожей стояли полностью собранные огромные Ритины чемоданы, которые она, коротко и сухо кивнув Лиде, велела отнести в багажник ее машины.
— Все-таки уезжаешь? — уточнил Корсаков, хотя и без слов все было понятно.
— Фарш невозможно провернуть назад, Корсаков, — спокойно ответила Маргарита. — Ты вчера отменил тщательно выстроенные мной новогодние планы. Отменил легко и непринужденно, одним махом. Другими словами, ты дал мне понять, что у тебя нет передо мной никаких обязательств. Что ж, я за равноправие. Я тебе тоже ничего не должна. Сидеть в этой дыре, а потом накануне Нового года услышать, что ты снова собираешься спасать человечество, поэтому не можешь ехать со мной в домик в сосновом бору, я не намерена. Я всегда ценила в тебе прежде всего то, что ты — человек слова. К сожалению, больше я так не считаю.
Лида, которой было неудобно присутствовать при том, как они выясняют отношения, разулась и прошла в кухню. Почему-то она не чувствовала себя виноватой в том, что эта распрекрасная красавица уезжает. Поездка отменилась не по ее вине, да и сам Иван вовсе не выглядел расстроенным. Единственным чувством, которое читалось на его лице, было плохо скрываемое облегчение.
— Из-за того, что я не держу слова, ты готова проехать за рулем почти тысячу километров? — уточнил он.
— Приехала сюда, доберусь и обратно. Тебя это не касается.
— Позвони, когда доедешь. — Он подхватил чемоданы и шагнул на лестничную площадку. Рита, облачившись в свой стильный красно-черный наряд, вышла вслед за ним, громко хлопнув дверью. Почему-то Лиде показалось, что это прозвучало, как приговор.
Иван вернулся не сразу. Лида даже подумала, что отъезд Риты расстроил его больше, чем он показывает, и что ему нужно побыть одному, чтобы прийти в себя. Однако минут через пятнадцать он появился в квартире с большим пакетом продуктов, и Лида поняла, что сосед просто ездил в магазин. И обрадовалась.
— Лида, свари обед, а? — попросил он, выгрузив свои покупки в большой современный холодильник, смотрящийся в облупленной съемной квартире инородным телом. — Можешь щи сварить? Так щей хочется, я и капусту купил, и мясо.
— Конечно, сварю, — откликнулась Лида. — Часа два продержишься?
— Есть хочется, как из ружья, — признался Иван. — Но и спать тоже хочется, я ж полночи вокруг сгоревшего дока прыгал и показания полиции давал. Так что я пойду опробовать на себе правило «кто спит, тот обедает». Помнишь, откуда это?
— Д’Артаньян рекомендовал это своему слуге Планше, — засмеялась Лида. — Поспи, конечно, я быстро управляюсь.
Немного подумав, она решила, что вправе полазить по хозяйским шкафам на кухне. В них нашлась не только кастрюля, но и лук, растительное масло, сухие грибы и даже пакет с застарелой перловкой. Она, видимо, принадлежала хозяевам квартиры, сдавшим ее Корсакову, и грибы, похоже, тоже, но Лида рассудила, что от них не убудет. Набор продуктов натолкнул ее на мысль сварить щи «по-похлебкински».
Она щелкнула кнопкой чайника и залила питьевой водой из пузатой бутылки кусок мяса на косточке, кинула в кастрюлю очищенную луковицу и большую морковку, пусть бульон пока варится. Когда чайник вскипел, залила в стеклянной мисочке сухие грибы и поставила их в микроволновку на десять минут. Так всегда делала ее мама, чтобы сократить время замачивания сухих грибов. Промыла и поставила вариться перловку в отдельной кастрюльке.
В задуманные ею щи свежая капуста не годилась, поэтому она быстро и споро разобрала ошпаренный вилок на листья, чтобы приготовить голубцы, и на цыпочках, чтобы не потревожить спящего Корсакова, сбегала в свою квартиру за пол-литровой баночкой квашеной капусты. Работающие там люди в масках и защитных комбинезонах заверили ее, что за полтора часа управятся. За это время Лида вполне должна была управиться с готовкой.
