Я открыл заранее приготовленным ключом очень толстую металлическую дверь, которую мы с Ловким еле отодвинули, хотя скрипа петель не услышали, значит, кто-то следил за этим, а вот закрылась она без каких-либо усилий. Об этом складе я узнал у одного из младших инквизиторов, который, увидев нож в моих руках, и не думал что-то скрывать и даже рассказал у кого именно ключ. Смерть Багура и захват обители психологически сломили почти всех инквизиторов, они прибывали в шоке и просто не верили в происходящее, а некоторые так сильно уверовали в свою исключительность, что до сих пор надеялись, что придёт их правитель и покарает всех неверных. Естественно, ни средние, ни низшие звенья их организации даже не догадывались об истинных намерениях ордена и самого Багура по захвату этого мира. Доказывать им заблуждение их веры я не собирался, и так сделал много для этого мира, в котором наше пребывание заканчивалось через два дня, а вот покопаться в запасниках с магическими прибамбасами и в местной библиотеке очень хотелось, хотя, как я понял, нормальных книг тут ещё не придумали, и большинство информации хранилось в виде свитков. Но во мне проснулся дух исследователя, заодно, я хотел найти что-нибудь необычное, вдруг пригодится в будущем, хотя Аригат может мне голову открутить и в футбол ею поиграть, если отсюда притащу что-то мощное в другой мир.
Внутри склада Ловкий с помощью факела, которым служила железная труба с набалдашником на конце, в котором горела местная разновидность масла с какими-то добавками, зажёг четыре треноги с чашами с углём внутри. Здесь было множество ящиков, столов и стеллажей из сбитых досок, на которых, на первый взгляд, лежал обычный хлам: металлические изделия разных форм, некоторые совершенно несимметричные; шары и кубики разных объемов и структуры, деревянные дубины, больше похожие на биты; какие-то палочки, связанные верёвками; посуда от тарелок до чашек; диски, различной толщины, покрытые ржавчиной; фигурки животных из сырья, похожего на резину; были даже монеты. В общем, весь зал был похож на кладовку Плюшкина, который стаскивал сюда всё, что плохо лежало.
Я разочаровался, ожидая найти, к примеру, зачарованные мечи, или копьё, стреляющее магией, ну или, на крайний случай, хотя бы пару метательных самонаводящихся ножей. Но мечтать не вредно! Всё собранное здесь было старым барахлом и не имело для меня никакой ценности, хотя бы потому, что пользоваться всем этим я не умел, а ставить эксперименты было боязно, и я решил пойти в библиотеку и хотя бы взглянуть на местное хранилище знаний, но не успел. Поворачиваясь к Ловкому, чтобы сообщить, что пора отсюда убираться, я увидел, как он крутит в руках какую-то безделушку, похожую на два небольших тёмных срощенных камня. Я уже открыл рот для того, чтобы рявкнуть, чтобы тот положил на место и ничего не трогал, но в этот момент Ловкий повернул верхушку, и его тут же отшвырнуло в сторону, как пушинку сквозняком. Но не это стало нашей проблемой, а то, что он закончил свой полёт, ударившись об один из стеллажей, доски которого, видимо, подгнили из-за времени и подломились. Естественно, всё, что на них стояло, полетело вниз, и тут же из этой груды послышался шипящий звук. Это мне напомнило утечку газа или же горящий шнур динамита, поэтому интуиция включила сирену и оповещение, что сейчас случится большой бабах. Я ускорился, схватил Ловкого под руки, быстро оттащил его в сторону, бросил за ящики, наставленные друг на друга, и упал сверху, прикрыв собой.
Спустя какое-то время, Ловкий подал голос: - Илвус, если ты хочешь со мной совокупиться, то я против!
Я, поднимаясь, съехидничал в ответ: - Даже если бы ты был женщиной, я бы всё равно на тебя не позарился, потому что ты страшный! Хотя, как говорил Робинзон Крузо - «Ракушка не похожа на голую женщину только первые пять лет!»
