Ульяна Владимировна Орлова
ВЫСТРЕЛ
И мы знаем, что так было всегда,
Что судьбою больше любим,
Кто живёт по законам другим,
И кому умирать молодым.
Он не помнит слово «да» и слово «нет»,
Он не помнит ни чинов, ни имён.
И способен дотянуться до звёзд,
Не считая, что это сон,
И упасть опалённым Звездой по имени Солнце…
...кто мой ближний?
Глава 1
Надежда
Дождь мелкими брызгами падал на лицо, оседал на чёрных фигурных ограждениях, собираясь в капли, тонкими струйками сползал по стеклам автомобилей. Оголенные ветки деревьев, дрожа от ветра, жалобно покачивали остатками жёлтых листьев. Серое беспросветное небо колпаком накрыло город. Солнца не было неделю. Или больше?
Денис поправил наушники, накинул капюшон, сунул в карманы озябшие пальцы. «Был ли автобус? Нужно поторопиться… Неохота ещё целую вечность стоять на остановке…». Впрочем, такая погода не особо его расстраивала. Ну да, противно конечно – сырость просачивается через куртку, толстовку и забирается куда-то внутрь тебя. Но это ведь недолго – сейчас он сядет в тёплый автобус, откинется в мягком кресле и отдастся музыке и дороге. Если, конечно, не будет пробок. Хотя какие пробки в выходные? Да даже если они и будут: он вышел заранее, музыки в телефоне восемь гигабайт - можно и подождать… Выходной ведь! Долгожданные, милые деньки, которые ничто не может омрачить: ни эта погода, ни незнакомая бабушка на мокрой остановке, которая что-то ворчит на него, ни даже автобус, которого нет… Нет, есть! Вот он, родной! Жизнь продолжается! Денис уже был в дверях, как эта бабуля сердито протиснулась между ним и автобусом.
- Ох, ну что ж за молодежь пошла, - услышал он коронную фразу сквозь наушники. Он не нашёлся что ответить. Прошёл назад, плюхнулся в кресло. И растворился в окутывающем тепле, музыке и радостном предвкушении встречи…
Музыка прервалась на пару секунд – завибрировал мобильник. Денис потянулся в карман, на светящемся экране увидел знакомый номер, улыбнулся.
«Динь, прости, я опаздываю. Задержусь на пятнадцать минут». Ну что ж… Видимо Надюшкина природа такая – опаздывать. Давно уже пора к назначенному времени прибавлять двадцать минут – не было ещё такого свидания, на который она приехала бы вовремя. Ну ладно, подождём. Что ж теперь…
Воспоминания о нёй солнечным зайчиком согревали сердце. Сейчас час-полтора и снова: её милое лицо, обрамлённое непослушными кудряшками, застенчивая, но такая добрая улыбка, маленький аккуратный носик с редкими капельками веснушек. Заливистый смех, нежный голосок: «Ох, Динька…». И восторг в детских зелёных глазах.
У Дениса рядом с ней замирало сердце. Нет, он даже себе боялся признаться в этом, но это вот удивленное «Ох, Динька…» зарождало в нём такую энергию, что хотелось разбежаться и полететь. Или станцевать брейк-данс. Или… Или на тренировках написать в небе «люблю», или просто в свободном полёте крикнуть это всему миру… Почему у него нет крыльев?
…А если серьёзно, то, как же здорово, что ему именно в ту субботу понадобилось ехать в «Мегу». У него тогда слетел аккумулятор на нетбуке. Как же он злился: так не вовремя, - осталось несколько страниц, чтобы закончить реферат и вот он - зачёт! А тут – на тебе, ни интернета, ни реферата… Пришлось тащиться в «Мегу», хотя он не любил эти торговые центры, особенно в выходные, где народу столько же, сколько в час пик в метро. Но он знал, что там точно купит то, что нужно и не «золотое». А то здесь пара магазинов электроники на весь город и всё по двойной цене… Заодно и в «Икее» можно посмотреть подушку, а то он так намучился в общаге без неё спать… И вот тогда он, уныло ехал в эту самую «Мегу», ругая производителей нетбуков, бестолкового Серёгу, который нечаянно залил пивом его девайс, заодно ругая ещё московскую осень, слякоть, дождь и… Не важно, впрочем. Потому что, приехав в центр, он нашёл там то, что искал и даже, кого не искал. Кого… И ведь надо же, именно в тот день, именно в то время и на той кассе девушке перед ним не хватило ста рублей. Он тогда… Он тогда раздраженно смотрел, как она роется в своей большой сумке и удивлялся про себя, каким образом там помещается всё это. Кассирша, наверное, тоже удивлялась, потому что она сначала молча смотрела, а потом уже начала нетерпеливо вздыхать. А Денис в это время пытался понять, каких предметов первой и не первой необходимости там может не быть... Он уже вынул наушники, шумно вздохнул и… И встретился с зелёными растерянными глазами. Беззащитными. Обиженными. Смущёнными. Расстроенными.
- Проходите, - пробормотала девушка.
- Как же, я уже пробила! – стала ворчать кассирша.
Девушка снова стала рыться в сумке. Пространство вокруг наполнялось напряжением. Денис, хмыкнув, спросил:
- А что, там в сумке? Вы там что-то потеряли? – И снова встретился с детскими глазами. Обрадовавшись про себя почему-то.
- Потеряла... Ну что ж такое… А вы правильно подсчитали? - спросила она кассиршу.
