Райна Вильяни никогда не думала, что забавная игра "Выстрели в мусорный бак с разворота" может обернуться трагедией, в которой пуля попадет не в намеченную цель, а в человека. И способны ли такие факторы, как темнота, алкогольное опьянение и принятая за час до критического события таблетка "дури" служить оправданием совершенной ошибке? Едва ли. А ведь раненый, скорее всего, запомнил ее имя, и, значит, найдет. Беги, Райна! Запирай двери, сиди тихо и надейся, что беда пройдет стороной. Однако надейся не слишком сильно.
Рассказ прилагается к роману «Чейзер» в качестве бонуса и благодарности каждому из вас от автора за совершенный предзаказ. Спасибо огромное!
(Nay Sean feat. K-Rain — Get it Hot)
— Да не попадешь ты в бак с разворота!
— Попаду. Вон в то белое пятно на его боку.
— Если прицеливаться, то еще куда ни шло…
— Барни! Отвали! Ты никогда в меня не верил.
На стылую ночную улицу — не улицу даже — узкий пролегший между домами грязный переулок — они вышли через заднюю дверь. Вокруг мешки с отходами, разбежавшиеся по темным углам при появлении голосов крысы, потрескавшийся асфальт.
Мусорный бак стоял далеко, у стены заброшенной кирпичной пятиэтажки; в свете единственного тусклого фонаря Райна едва могла различить его силуэт, но (зрение после принятой таблетки дури сыграло шутку) белое пятно видела отчетливо.
Перезарядила пистолет. Усмехнулась, глядя на недоверчиво-презрительно скривленные губы друга. Из бара, откуда они вышли вчетвером, доносился протяжный вой электрогитары — местные завсегдатаи любили рок.
Марта и Тони обжимались, слюнявя друг друга, у стены. Из тени рядом с картонными коробками слышалась возня.
— Учись… новичок! — Она хотела сказать «лох», но вовремя сдержалась. Барни, даже будучи пьяным, бывал тяжел характером. — Ты попал в куль сверху. А я с разворота в пятно! Потом проверим.
Развернулась. Мысленно зафиксировала в памяти местоположение и бака, и пятна.
Одетый в коричневую кожаную куртку парень закатил глаза и рассмеялся неприятным смехом, какой у него появлялся только после «Фэнтэзи-ХС». Дурной смех. Дурной наркотик. Ну да ладно, они и баловались им не так часто. Может, раз в месяц. Хотя, с пивом, как сегодня, никогда.
Райна жестко усмехнулась. Откинула длинные черные волосы за спину, локоны покороче заправила за уши, чтобы не мешались. Досчитала до пяти, медленно выдохнула. Затем резко развернулась и, почти не глядя, пальнула.
С соседней крыши, квохтая на птичьем языке, взвились в воздух перепуганные голуби.
Сразу же за звуком выстрела послышался возмущенный голос Тони, на который она повернула голову.
— Эй, вы, два идиота! Вы хоть предупреждайте… мы тут целовались! Я чуть не усрался!
Теперь Райна и Барни хохотали вместе. Веселый вечерок, хорошее пиво. И черт с таблеткой; немного притихла свербящая уже часа два совесть.
— Ну, что? Видел? Утерся?..
Она вернула взгляд на дом… и мгновенно потеряла ощущение почвы под ногами. Затравленно прохрипела:
— Барни…
На том месте, где находился бак, теперь стоял серебристый автомобиль, а у пассажирской дверцы медленно, с кровавым пятном на плече — зрение Райны опять сыграло шутку, выхватив детали — оседал высокий мужчина.
— Я… Я убила его…
— Бежим отсюда! Райна, бежим!
— Его ведь там не было?! А теперь я его…
— Да ни хрена с ним не будет! А вот нам надо мотать! Райна!!!
Кто-то дернул ее за плечо куртки так резко, что затрещал рукав. Отяжелевший пистолет выскользнул из пальцев, она быстро нагнула и подняла его, снова посмотрела на опустившегося у колеса машины незнакомца.
— Мы… не можем
— Дура, что ли? Бежим! Он нас пока не видел, а вот если увидит…
И она побежала следом за остальными. Вдыхая холодный ночной воздух, задыхаясь от паники, спотыкаясь о неровный асфальт и стараясь не отстать от уже скрывшихся за углом Тони и Марты.
— Черт! Я дура! Дура…
Сердце колотилось так быстро, что глушило стук подошв.
Споткнувшись в очередной раз, Райна упала на одно колено, порвала джинсы, выругалась, поднялась и побежала дальше.
Выроненное из кармана золотистое зеркальце с глухим звуком упало на землю, покатилось по направлению к стене, стукнулось о бок прогнившего картонного ящика и так и осталось лежать, поблескивая дешевыми стразами на потрескавшемся асфальте.
Из их тесной двухкомнатной квартирки, расположенной на втором этаже облупившегося четырехэтажного дома на окраине Девенпорта, она не выходила три дня.
Боялась.
