Варлена остановилась перед дощатой дверью подъезда. Поправила поясок демисезонного пальто на тонкой талии и потянула за ручку двери. Тугая пружина неохотно поддалась, издав продолжительный скрип. Вошла в полутемное помещение и, стуча каблучками по деревянной лестнице, поднялась на самый верх. Предстоящая встреча с Семеном волновала. Не видела его всего-то три месяца, а так соскучилась, как если бы со дня их последней встречи прошел целый год.
Постучалась в дверь. С замиранием сердца стала ждать. Некоторое время в комнате царила тишина, а потом мужской голос негромко поинтересовался:
– Кто там?
– Семен, это я, Мария.
– Маруся, ты одна?
– А с кем мне еще быть?
– Подожди.
О деревянную дверь ударилась металлическая цепочка. Ключ в замке дважды со скрежетом провернулся, и дверь гостеприимно распахнулась. Варлена вошла в натопленное помещение и шагнула прямо в распахнутые объятия Семена.
– Милый мой, как же я ждала нашей встречи!
– Ты ко мне навсегда?
Гостья отрицательно покачала головой:
– Пока еще нет. Но я ему уже все объяснила.
– И что же он сказал?
В нежных объятиях Семена было уютно. Так и простояла бы целую вечность, ощущая его тепло.
– Он не стал меня удерживать. Я уже решила, что уеду от мужа. Буду жить у бабушки… Тем более что там квартира сейчас пустует. А за ней присмотр нужен.
– А как сын отреагировал?
– Он еще не знает, что мы расходимся. Нужно будет ему объяснить. Хотя он очень любит отца. – Подняв голову, женщина всмотрелась в лицо Семена. – Ты чем-то встревожен?
– Тебе показалось, – улыбнулся он мягко. – Проходи… У меня есть чем тебя побаловать. Ты, наверное, проголодалась?
– Да, немного… Я к тебе на всю ночь. – Половицы под ногами Варлены негромко пискнули.
– А как же сын?
– Я его отвела к маме.
– Значит, у нас с тобой впереди очень много времени. Я приготовил тебе маленький подарок. Надеюсь, что он тебе понравится.
– И что за подарок?
– Небольшое украшение к твоим прекрасным ушкам.
– Мне не терпится на них взглянуть.
– Только после того, как ты поужинаешь.
В управление капитан Максимов подошел точно в назначенное время. Оперативники уже собрались. У здания МУРа находилось два взвода военизированной милиции. Предполагалось, что бандитов будет не менее десяти человек, и в управлении готовились к серьезному боестолкновению с бандой Рябого.
Ожидали появления начальника уголовного розыска Рудина, находившегося в это самое время в оперативном отделе наркомата и обещавшего прибыть с минуты на минуту. Предстоящую операцию он мог бы поручить одному из своих заместителей, но Касриель Менделевич, опасаясь несогласованности между подразделениями, решил провести ее лично. Начальник уголовного розыска и прежде выезжал на операции, куда менее значимые, а уж задержание главаря банды Рябого, терроризировавшего население в Марьиной Роще и примыкающих к нему районах, пропустить никак не мог.
Старший майор Рудин был человеком немалого мужества, воевавшим в Гражданскую войну в знаменитой дивизии Гая. В девятнадцатом году во время сражения с отступающими колчаковцами у реки Белой Касриель Рудин, будучи помощником командира пулеметной роты, получил тяжелое ранение в голову и лишился трех пальцев на правой руке (что впоследствии не помешало ему метко стрелять из любимого маузера). Долгие месяцы Рудин лечился в госпиталях, о службе в строевой части можно было позабыть. Но через два года Рудин был направлен на работу в уголовный розыск. Работал оперативником в разных городах России, неизменно поднимаясь по служебной лестнице. За ним закрепилась репутация человека решительного, способного к самостоятельным действиям, вдумчивого, грамотного. А в 1938 году, вызвав из Саратова, где Рудин возглавлял уголовного розыск, его назначили на должность начальника МУРа.
Для многих его перевод был неожиданным, но назначение на столь высокую должность не бывает случайным. Касриеля Рудина, как и многих отобранных кандидатов, длительное время пристально изучали, проверяли факты в его биографии (ошибок быть не должно), но решающее слово оставалось за народным комиссаром Лаврентием Берией. После некоторого размышления среди многих предложенных кандидатур он остановил свой выбор на майоре Касриеле Рудине.
Последующее время показало правильность выбора наркома. Касриель Менделевич старался всегда находиться там, где было особенно горячо. Настоящей проверкой на прочность для Московского уголовного розыска и лично для самого Касриеля Рудина стал сорок первый год, когда немецкие полчища заняли пригороды и находились всего лишь в нескольких километрах от столицы при ухудшающемся положении на Западном фронте.
Шестнадцатого октября в Москве началась паника.
