– Да, – тихо выдохнул Ванин, – так и сказал: «Вы что, хотите, чтобы информация о ваших операциях оказалась в УБЭПе?»
– Ну, во-первых, это подлость, Александр Алексеевич. Ведь все риски на нас. Во-вторых, глупость: находимся-то в одной лодке…
– В общем, так, Кирилл, бери Немирова, встречайтесь с ними. Вопрос надо утрясти.
– Да утрясем, Александр Алексеевич. Через несколько дней встретимся…
– Почему не сегодня и не завтра?
– Не надо суетиться! Показывать «партнерам» нервозность. А потом надо немного подкопать под Головачева. Пушок-то на рыльце у него есть. Все равно что-нибудь найду. Подготовлюсь, наскребу кое-какую компру, назначу стрелку…
– Хорошо, тогда всю эту стрелку перевожу на тебя.
– Переводите. – Ивашов криво усмехнулся.
– В общем, порешайте с Немировым. Это все-таки для нас самый крупный партнер в регионе.
– Ну и что, что крупный? Что, других салонов нет? Не хочет работать на наших условиях, как хочет. Найдем других. Сволочь! Угрожать вздумал! – Глаза Ивашова недобро блеснули.
– Только аккуратно, аккуратно, Кирилл! Чтобы никакого шума.
– Да все будет тип-топ, Александр Алексеевич, не беспокойтесь. Кстати, привез вам открытки, что вы просили. – Ивашов достал из внутреннего кармана пиджака набор открыток.
– А, вот за это спасибо. – Ванин благодарно улыбнулся. – Ну, все, давай, с богом. – Он слегка подтолкнул Ивашова на выход. – Если что, звони.
После работы Кирилл Анатольевич заехал на дачу. Вадим сидел у окна и опасной бритвой скоблил себе череп. Он имел у него яйцевидную форму и блестел на солнце словно позолоченный.
– Как съездил в Питер? – спросил брат Кирилла Анатольевича, не прерывая занятия.
– Нормально. А ты зачем на голове аэродром делаешь?
– Жарко. Надо, чтобы голова дышала. А когда голова дышит, то и мысли свежие.
– Может, ты и мне такую же сварганишь? – немного подумав, спросил Кирилл Анатольевич. – Свежие мысли мне сейчас нужны.
– А что, давай, братишка. – Вадим озорно улыбнулся, вафельным полотенцем стал вытирать себе голову.
– Вадим, – Кирилл Анатольевич сел напротив брата, – ну что, ты не нашел стрелка, о котором рассказывал?
– Пока нет. Поручил здесь одному корешу, мы с ним когда-то шконку делили. Пацан надежный, пообещал свести.
– Хорошо, – Кирилл Анатольевич задумчиво покачал головой.
Выглянул в окно. Вид из окна радовал глаз: сочная зелень, белый цвет на деревьях, солнце яркое и теплое.
– Слушай, Вадим, тут небольшое дельце намечается. Надо съездить на стрелку к партнерам, утрясти один вопросик. Съездишь со мной?
– Что за фраера? – деловито поинтересовался Вадим.
– Руководство одного автосалона.
– Вопрос серьезный?
– Да нет, вопрос мелкий, но принципиальный. Финансовый.
– Заметано, Кирюш. Когда и где?
– В ближайшие дни. Я согласую время и место, сообщу.
– Ништяк. Экипировка?
– Думаю, ничего не надо. Включу только запись на сотовом…
– Кирилл, – брат осуждающе посмотрел на Ивашова, – ты обозвал мероприятие стрелкой. Так вот, даже последние фраера на стрелку всегда ездят с чем-то. Таковы правила.
– Хорошо, возьму ствол.
– Вот и правильно, – одобрительно подтвердил Вадим, – пошли, поужинаем. Я тебе такое мясо приготовил! – Слегка хлопнул брата по плечу.
Белый «Мерседес» резво катился по шоссе, обгоняя все автомобили. Встречу с Головачевым Ивашов назначил за городом, на берегу реки. Владелец автосалона настаивал на встрече у него в офисе, как обычно. Но Кирилл Анатольевич уперся и велел «партнеру» приехать туда, где он указал. Твердость надо показывать сразу, даже в таких мелочах.
Вадим сидел рядом и рассказывал брату о правилах общежития там, на зоне.
– …Понимаешь, Кирюш, там, у нас, была настоящая демократия и порядок.
– Как это? – Кирилл Анатольевич с недоверием покосился на брата.
– Был у нас на хате один качок. То ли боксер, то ли борец. Шкаф под два метра, кулаки с арбуз. И была у него привычка наипохабнейшая – воздух в камере портить. Один старичок в камере сделал ему замечание: «Ты че делаешь? Здесь не свинарник». Этот шкаф, ни слова не говоря, хрясь ему в пятак, сломал челюсть. Братва онемела. В следующий раз он одного фраерка ни за что пригладил, да так, что тот в лазарет попал. В общем, посовещались мы всей хатой и решили провести с ним воспитательную беседу. Короче: сломали ему два ребра и нос поправили. Он на всю жизнь будет у него боксерский. И обещали ему: «В следующий раз опустим».
– М-м-да-а, – Кирилл Анатольевич покачал головой, – жестко, но справедливо.
– Так, ты мне объясни мою диспозицию.
– Диспозиция простая, Вадик: сидеть и слушать.
– Кино не будем снимать?
– Нет,
– Скучно.
– Ну… что ж, – Кирилл Анатольевич развел руки в стороны, – зато спокойно.
На место подъехали за полчаса до назначенного времени. Вышли из машины, встали на крутом берегу реки.
– Хороший видок! – Вадим оценивающе обозревал местность.
– Я сюда иногда приезжаю порыбачить, – сообщил Кирилл Анатольевич.
