– Тогда, пожалуйста, попросите ее перезвонить мне, когда будет удобно. Спасибо.
Джейн повесила трубку и еще некоторое время глядела на свой телефон, ненадолго позабыв о родителях. Вместо них она задумалась о Тедди Клоке. «Самый несчастный мальчик в мире» – так назвал его Мур. Однако теперь Джейн знала, что есть еще двое таких, как он. Три несчастных ребенка. А может, есть еще дети, о которых она не знает, приемные дети, живущие в других городах, сироты, за которыми всё еще охотятся.
– Мне нужно уйти, – сказала Риццоли.
– Что происходит? – поинтересовался Габриэль.
– Мне необходимо увидеть Тедди Клока.
– Какая-то проблема?
Джейн схватила ключи от машины и направилась к двери.
– Надеюсь, нет.
Было уже темно, когда Риццоли добралась до находившегося на окраине города дома приемной семьи, куда на время определили Тедди. Белый дом в колониальном стиле был старым, но аккуратным; он стоял чуть в стороне от дороги, закрытый деревьями с пышной листвой. Джейн припарковалась на подъездной аллее и вышла на улицу, в теплый вечер, пахнувший свежескошенной травой. Дорога была тихой – машины лишь изредка проезжали мимо. Сквозь деревья с трудом можно было разглядеть свет в окнах соседнего дома.
Джейн поднялась на крыльцо и позвонила в дверь.
Ее открыла госпожа Нэнси Иниго, вытиравшая руки о кухонное полотенце. На ее улыбающемся лице виднелись следы муки, из косы выбились пряди седых волос. Из дома доносился аромат корицы и ванили, и Джейн услышала девичий смех.
– Вы прибыли в рекордный срок, – заметила Нэнси.
– Прошу прощения, если мой звонок встревожил вас.
– Нет, мы с девочками прекрасно проводим время, выпекая печенье для школы, как в старые добрые времена. Мы только что вытащили первую порцию из духовки. Входите.
– У Тедди все в порядке? – тихо спросила Джейн, заходя в прихожую.
Нэнси вздохнула:
– Боюсь, сейчас он прячется где-то наверху. У него нет настроения помогать нам на кухне. Как приехал, он все время такой. Ужинает, потом идет в свою комнату и закрывает дверь. – Женщина покачала головой. – Мы спрашивали психолога, можно ли выманить его наружу, например сократить время, которое он проводит у компьютера, чтобы мальчик вышел к нам и пообщался с семьей, но она сказала, что еще слишком рано. А может, Тедди боится привязаться к нам из-за того, что случилось с бывшими… – Нэнси осеклась. – Так или иначе, мы с Патриком решили его не торопить.
– А Патрик дома?
– Нет, он на футбольной тренировке с Тревором. С четырьмя детьми спокойно не посидишь.
– Вы просто молодцы, понимаете?
– Нам всего-навсего нравится быть с детьми, – усмехнулась Нэнси. Они вошли на кухню, где две девочки лет восьми вдавливали формочки для печенья в раскатанное тесто. – Мы как начали брать их к себе, так и не можем остановиться. Знаете ли вы, что мы вот-вот отправимся на четвертую свадьбу? В следующем месяце Патрик поведет к алтарю еще одну приемную дочь.
– Значит, у вас скоро прибавится внуков.
Нэнси широко улыбнулась:
– Ради этого все и затевалось.
Джейн оглядела кухню – на рабочих поверхностях лежало множество тетрадей с домашними заданиями, учебников и писем. Счастливый беспорядок хлопотливого семейства. Однако она видела, как внезапно может исчезнуть
– Я пойду наверх повидаться с Тедди, – сказала она.
– Вверх по лестнице, вторая комната по правой стороне. Та, в которую закрыта дверь. – Засунув в духовку еще один противень с печеньем, Нэнси обернулась и взглянула на Риццоли. – Не забудьте постучать. В этом смысле он очень привередлив. И не удивляйтесь, если мальчик не захочет говорить. Дайте ему немного времени, детектив.
«Возможно, времени-то у нас и нет», – подумала Джейн, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Особенно если происходят нападения на другие приемные семьи. Остановившись у двери в комнату мальчика, Джейн прислушалась, ожидая, что до нее донесутся звуки радио или телевизора, однако за дверью царила тишина.
Она постучала.
– Тедди! Это детектив Риццоли. Можно мне войти?
Через мгновение замок щелкнул, и дверь открылась. В щели показалось бледное совиное лицо Тедди; мальчик часто замигал, а его очки съехали набок, словно он только что проснулся.
Джейн вошла в комнату. Тедди стоял молча; в своих свободных футболке и джинсах он напоминал безмолвное пугало. Комната оказалась весьма приятной – стены выкрасили в лимонно-желтый цвет, а занавески украшали изображения африканской саванны. На полках стояли детские книжки для разных возрастов, на стенах висели забавные плакаты с портретами героев «Улицы Сезам»; подобная отделка, конечно, уже не подходила такому умному четырнадцатилетнему мальчику, как Тедди. Джейн задумалась о том, скольким другим травмированным детям служила убежищем эта комната, сколько детей обрело уют в безопасном мире, созданном семейством Иниго.
