— Чтобы наша с тобой связь установилась, ты должен провалиться в глубины своего сознания. Быть на пределе. Сейчас ты как никогда в своей жизни близок к смерти. А я здесь чтобы помочь тебе в последний раз.
— А разве раньше ты мне помогал? — удивленно спросил я.
— Много раз. Тебе постоянно везло, это моих рук дело. — ответил он.
— Что еще ты делал со мной?
— С тобой ничего. Но я спас второго война. Дал ему иммунитет. — Кастро подошел к большому булыжнику, и сел на него. Затем снова продолжил. — Я передал ему пакет информации. Он знает, что нужно делать.
Я рассмеялся.
— Ты про Смирнова? Ничего он не знает, несет какую-то чепуху, в которую сам не до конца верит!
— Он ЗНАЕТ все! Информация всплывает в его голове постепенно, чтобы он не сошел с ума!
— Похоже это я сошел с ума! — подойдя к другому камню, я сел на него. Смотреть на собеседника совсем не хотелось.
— Нет. Ты вполне нормально себя чувствуешь. Твоя психика в полном порядке, что нельзя сказать о физической оболочке. Она сильно повреждена. — собеседник встал, и подошел ко мне вплотную, положив обе руки на плечи, он продолжил. — Моя миссия закончена! Игнат, тебе пора возвращаться…
Я хотел остановить его, но не успел ничего сделать. Ландшафт внезапно изменился, а Кастро вновь стал похож на белую фигуру, как в первую встречу. Мгновение он существовал, а потом исчез, став частью меня…
Я попытался изменить пейзаж, как делал прежде во снах, но темнота окутала. Неведомая сила подхватила, и понесла в неизвестность. Отказываясь понимать происходящее, сознание померкло…
Казалось тело порвали на куски, а потом сшили обратно. Каждая клетка организма давала знать о себе сильной болью. Видеть и слышать я не мог. Понять где нахожусь тем более.
Не знаю сколько времени я пролежал в таком состоянии. По ощущениям целую вечность. Иногда казалось, что я слышу звуки. Но потом все пропадало.
Страдания не могли продолжаться бесконечно, и постепенно боль ушла. Я попытался открыть глаза, но ничего не вышло. Контроль над телом вернулся. Ноги и руки находились на своем месте. Голова отзывалась неприятными ощущеньями. Но самое главное, я начал слышать голоса товарищей.
— Он должен был умереть через несколько часов после штурма! — сказал Матвей. — Не понимаю, как такое возможно. С такой кровопотерей просто нереально выжить…
— Для обычного человека нет. — заговорил Алексей. — В «Альфа» и «Вымпел» служат супермены, если ты не понял!
— Суперменов пули не берут. Шухов и Кириенко круче! — сказал Матвей. — Такого я давно не видел! Артем очнулся?
— Да. Ему меньше Игната досталось… — ответил Алексей.
Слушая разговор, я вспомнил недавние события. Сон также всплыл в памяти. Попытавшись открыть глаза, я понял почему не могу этого сделать. Моя голова перебинтована. Левая рука болит, и двигать ей нет желания. Слегка приподняв правую руку, я стал ждать реакции Матвея и Алексея, надеясь, что они заметят.
— Очнулся! — воскликнул Алексей. — Игнат, если ты меня слышишь, покажи два пальца.
Я показал.
— Отлично! На твоей голове плотная повязка, так что не пугайся, пока снять не сможем. Придётся несколько дней потерпеть. Тебя слегка зацепило в голову, но ничего страшного, жить будешь. Морда целая. — сказал Алексей.
Слегка приподняв руку, я показал большой палец.
— Он еще и шутит! — сказал Матвей. — Пусть пока полежит, не стоит его тревожить…
Нормально говорить я смог через несколько часов. Кто-то делал мне уколы. Сознания больше не покидало меня. Сильно хотелось пить.
— Обидно будет сдохнуть от жажды… — сказал я.
Никто не ответил. Хлопнула дверь, и я услышал топот отдаляющихся шагов. Спустя минуту она снова открылась, и в комнату вошли два человека.
— Очнулся битый! — по голосу я узнал Леху.
— Говорят за одного битого, двух не битых дают. — сказал я хриплым голосом.
— Говорят. Но за тебя и десятерых мало! — сказал Леха — Как ты себя чувствуешь?
— Ощущаю себя куском фарша… — ответил я.
— Не все так плохо. — рассмеялся Леха. — Ты получил несколько ранений. Легкое в голову. В левое плечо и в ту же руку. Но ничего страшного. Сложнее было с правым бедром. Артерию зацепило. Но все обошлось. Девчонка, которую вы с Темой спасли, медсестра. Не окажись ее, не знаю, как бы все сложилось…
Леха всунул в рот небольшую трубку, и я сделал несколько глотков. Хотелось гораздо больше, но этого нельзя было делать.
— Когда я смогу встать на ноги? — этот вопрос интересовал больше всего.
— Придется полежать с недельку! — ответил он.
— Хреново. А что с Хасаном? Вам удалось взять его?
— Хасан ушел. С базы есть еще один выход. Подземный туннель. Он заранее оставил возле него машину. Но Шерстнева мы взяли. — Смирнов говорил совершенно спокойным голосом.
— Что Матвей с ним сделал? — спросил я. Очень захотелось встать, но сделав легкое движение головой, я почувствовал боль, и передумал.
— Ничего. Закрыл в комнате на третьем подземном, оставив пистолет с одной пулей. Прошло два дня, но тот все еще не застрелился. Либо сдохнет от обезвоживания, либо найдет в себе силы пустить пулю в голову. — ответил мне Леха.
