Уж в который раз Павлу пришлось восстанавливать свое детище – часть нужных людей ушла из центра, не выдержав новых порядков, которые пыталось установить за минувшие после его увольнения два месяца назначенное правительством начальство. Среди них и Лена – вернулась в физтех, – вот так закончился затянувшийся почти на два года служебный роман. Возвратить ее, в отличие от других уволившихся сотрудников, не пытался, в последнее время уже тяготился ею, да и нашел замену из числа принятых новых дарований – недавнюю выпускницу МГТУ Баумана Наташу Ковалеву. Ее порекомендовал ректор университета Федоров – один из немногих, с кем Павел поддерживал добрые отношения, – отозвался как о перспективном ученом именно в сфере информатики.
Сам же молодой человек с первого взгляда запал на броскую красоту девушки, да и она явно не была против близости – судя по ее лукавому взгляду и еще некоторым признакам, достаточным внимательному мужчине. А уже через неделю между ними начались романтические отношения, правда длились недолго – не сошлись характерами, – но на работе, они не отразились, Наташа действительно оказалась полезной, успешно работала над учебными программами. Следом была Даша, за нею Маша, любовницы не задерживались, чуть что с ними не так – Павел тут же расставался, опыта с Леной хватило не привязываться к кому-то надолго. А уж каких-то поползновений на возможные серьезные отношения на дух не переносил, стоило какой-либо претендентке высказать нечто подобное, обрывал немедленно – нам не по пути!
Тем временем дело с информатизацией страны сдвинулось с места – государство выделило средства на покупку первой партии компьютеров для сельских школ. Их насчитывалось в стране свыше сорока тысяч, на каждую следовало брать не менее пяти аппаратов в зависимости от количества учащихся – один на двадцать учеников. Конечно, на такое огромное количество – несколько сотен тысяч и это только для сельских, в городские ведь тоже надо! – государство пока не располагало достаточными возможностями. В первый год расщедрилось лишь на пятьдесят тысяч компьютеров и то самых дешевых, объявило тендер среди поставщиков. Павел сам не участвовал в закупочном процессе – его вело министерство, кстати, возглавляемое уже не Рейманом, а его бывшим заместителем. Но как-то обратил внимание на заявки участвующих в конкурсе компаний – цены те все как один ставили явно завышенные, тот же тайваньский Acer в самой простой комплектации шел за семьсот и более долларов, тогда как можно было приобрести почти вдвое дешевле даже с учетом транспортных и прочих затрат.
Явно посреднические фирмы сговорились между собой и хотели хорошо нажиться на крупном заказе, вероятнее всего, вместе с чиновниками министерства, замешанными в афере. Подобная схема распила государственных денег не раз применялась в будущем, похоже, и сейчас она уже кому-то пришла в голову. Павел с полным основанием считал – здесь не обошлось без руководства министерства и даже выше – правительства. Одно время о Касьянове в его бытность министром финансов ходили слухи о каких-то откатах, называли "Мишей-два процента", но всерьез им до сих не верил, полагал – то происки тех, кого он обделил. Теперь же сомнения имели более веские основания и идти к нему, чтобы пресечь грабеж, было бы глупостью и, более, чем возможно, опасностью для себя. Если в прошлый раз люди премьера из-за небольшой распри чуть не пустили его под жернова власти, то сейчас за жирный кусок удавят и разотрут. После недолгих размышлений принял решение – надо связаться с Путиным, тем более, что есть прямая возможность, минуя администрацию.
В тот же день позвонил президенту по "вертушке" – прямому проводу, – и немедленно направился к нему на прием. Разговор вышел недолгим, на рассказ и доводы Павла о готовящейся афере глава государства ответил кратко:
– Павел Николаевич, я принял к сведению вашу информацию. Нужные меры предприму, вас же прошу никому о том не разглашать. Благодарю за вашу бдительность и честность.
