…Грач отложил в сторону документ и потер слезящиеся глаза. «Пусть даже номинальным наследником Хранилища является общество таинственных иллюминатов, – подумал он, – почему Паше не следует об этом знать? И без того понятно, что сокровищница «ничейная» лишь на словах, а по факту всегда найдется много желающих наложить на нее лапу. Будем мы знать своих врагов по имени или не будем, это не сделает их менее опасными…»
*
После венчания Володя долго смотрел вслед черному джипу, на котором уезжали к отелю Павел, Патрисия и Дельфина. Дельфине по просьбе Павла уступил свое место Дима Ишевич. Гости потихоньку расходились, не обращая внимания на застывших у дороги телохранителей.
Ослабив узел галстука и стянув надоевшую удавку через голову, Володя нехотя застегнул куртку. Промозглый ветер пробирал до костей, поэтому пришлось натянуть капюшон.
Краткий обмен любезностями с Патрисией до сих пор вызывал раздражение. «Кто ей управляет?» - задавался он вопросом. Упомянутые в досье иллюминаты выглядели монструозно и сказочно, однако даже их Грач не спешил сбрасывать с чаши весов. Патрисия могла действовать по их указке или против них. Если первое, Паша свой «бублик» ни за что не получит. Если второе, среди путешественников может оказаться еще один засланный шпион. Вряд ли это Жак Дюмон – уж больно прост и нагл, а вот Ги Доберкур – кандидатура подходящая… А еще выходило, что Белоконева в качестве щита используют сходные по методам структуры, окопавшиеся на российской стороне. Военные, которым был обещан артефакт, или контрразведка, которая отслеживает телодвижения своих извечных противников...
Кто был в курсе, что Белоконев разболтал им с Юркой о Хранилище? Кто советовал не совать нос в чужие дела и знал о всех подозрениях, обсуждая планы на утренних планерках? И кто, наконец, крутился вчера возле историка, имея все шансы подкинуть конверт?
Грач покосился на стоявшего поодаль Диму. Верить в его двойную игру не хотелось, но уж слишком многое указывало на напарника.
– Ну что, идем или как? – спросил Ишевич, тоже натягивая на голову капюшон.
– Идем, – произнес Володя. – Только не в отель.
– А куда?
– Видишь тот камушек? Давай-ка за него зайдем и пообщаемся о насущном. Обговорить кое-что надо.
Ишевич кивнул и спокойно последовал вслед за начальником. Над головами у них с гулом зашел на посадку тяжелый самолет. Дима невольно отвлекся, следя за ними глазами, и именно в этот момент получил от Грача сильный удар под дых.
– Охренел? – просипел он, едва смог говорить.
Володя, встряхнул его за воротник, заставляя выпрямиться, и обманчиво нежно спросил:
– Ты на кого работаешь, сволочь?
– На Долгова!
– Врешь!
Грач хотел врезать ему вторично, но Дмитрий терпеть побои не стал, и вскоре два охранника покатились в снежном крошеве, попеременно одерживая верх. Ишевичу было не так-то просто справиться с более массивным Грачом, который, к тому же, выпускал напряжение всех последних дней.
