А вот Володя Грач, в отличие от Паши Долгова заметивший эти переглядывания, подобрался. Из беседы с Ашором он помнил, что французы попытаются отжать вертолет, и сейчас, хотя вертолет был плох, готовился к любому повороту.
24. Игры (в) секретных агентов.
Кирилл Мухин
Детей часто не воспринимают всерьез – Кирилл Мухин знал это не понаслышке. Иногда подобное снисходительное отношение ему мешало, порой раздражало, но были случаи, когда он беззастенчиво этим пользовался. К последнему, например, он прибегал на корабле – после того, как понял, что не все чисто с некоторыми пассажирами.
Вообще, это новогоднее путешествие началось скомкано. Из-за каких-то осложнений на работе папа вовремя не смог вылететь во Францию, и они вынужденно пропустили данный пункт программы. Об отсутствии на гражданской регистрации Долговых Кирилл не жалел, но то, что не увидел Прованс, пусть даже проездом, огорчало. В Париже Кир был, но юг Франции особенное место.
Впрочем, Ушуая представлялась не менее интересной, да и ледокол – самый настоящий! – просто не мог его разочаровать. Мальчик уже в самолете пребывал в возбуждении и считал минуты до посадки.
К сожалению, первое впечатление от огромного корабля слегка подпортила одна маленькая задавака. Темнокожую девочку с планшетом в руках Кирилл встретил на верхней палубе и решил, что она американка. Он заговорил с ней по-английски, но девочка его проигнорировала. Смерила презрительным взглядом, словно перед ней стоял говорящий таракан, и убежала. Позже Кир узнал, что девочка была француженкой и, возможно, не поняла его, но возобновлять попытки познакомиться он не пожелал. Подумаешь, принцесса – пусть и дальше плывет в гордом одиночестве, тыкая пальцем в экран обожаемого планшета!
Другие французские дети, взятые в круиз, шли на контакт еще менее охотно. Большую часть времени они проводили уткнувшись в смартфоны, предпочитая виртуальное общение с френдами диким красотам пролива Дрейка. Кирилл интернет тоже уважал и социальными сетями не брезговал, но не до такой же степени!
Конечно, подобное отчуждение казалось ему странным, но легко списывалось на нелюдимость. Однако драка, устроенная еще одним французом во время лекции по истории Антарктиды, упрочила тревожные симптомы. Не только дети французов были странными, все гости со стороны Патрисии были какими-то… не такими! Напряженными и фальшивыми. Молчаливыми и подозрительными.
Кирилл уловил непорядок шестым чувством еще накануне, на торжественном ужине в ресторане, но сам себе не поверил. Ведь внешне все выглядело прилично, люди смеялись и болтали, смотрели друг на друга, изображая заинтересованность. Кир сказал себе, что фальшь свойственна всем взрослым, когда они собираются на подобные мероприятия. Им вроде как положено веселиться, вот они и веселятся натужно. Он не хотел притворяться вместе со всеми и потому промолчал весь вечер. Взрослые платили ему той же монетой – не замечали в упор и не задали ни одного вопроса. Из-за этого Кирилл лег спать рано и в плохом настроении.
Только на следующий день, когда Жак Дюмон так неожиданно полез скандалить и Кир почуял в его интонациях все ту же неестественность, до него дошло: французы что-то затевают! Вот почему они такие необщительные и нервные – боятся проболтаться.
Разговор, который Кир подслушал, едва поранившегося историка увели в медкабинет, развеял последние сомнения. Нет-нет, он вовсе не хотел подслушивать, все вышло случайно! Но, уловив несколько тихих фраз, произнесенных по-французски, не смог устоять.
– Надо дождаться, когда все уйдут, и посмотреть в компьютере, – сказала Патрисия. – Как я и предполагала, он забыл его выключить, пароль не придется подбирать.
Кирилл решил действовать на свой страх и риск. Отец уже покинул лекционный зал, но мальчик сделал вид, будто на полдороге у него развязался шнурок, и задержался.
Патрисия говорила бегло и едва слышно, но Кирилл понимал ее, хотя основной упор в его обучении делался все-таки на английский.
– Ги, не теряй времени и осмотрись в его каюте!
Пашина жена не обращала внимания на копошившегося у стола ребенка, но секретарь Дюмона, Ги Доберкур, не был столь беспечен.
– Эй, парень! – окликнул он Кирилла. – Ты мне не поможешь?
Кирилл сначала не понял, что обратились именно к нему, и потому не среагировал, даже не вздрогнул, и лишь когда услышал ответ Патрисии, слегка похолодел.
– Он нас не понимает, – сказала жена Долгова. – Софья говорила, что у них на услужении настоящая англичанка. Французский язык ныне у элиты не в чести.
– С моей племянницей он тоже общался на английском, – подтвердила Дельфина.
– Да что он нам сделает, – отмахнулся Дюмон, – это просто ребенок.
– Ребенок может донести старшим, – резонно заметил Доберкур. – Подождем, когда он закончит. А ты, Дельфи, покарауль снаружи, чтобы владелец меня не застукал.
Возня со шнурками продолжалась слишком долго и перестала быть хорошим прикрытием. Кирилл выпрямился и громко крикнул по-русски:
– Пап, подожди, я уже иду! – и шустро рванул к открытой двери в коридор.
