Грач, вопреки тревожным обстоятельствам, спал спокойно, хотя и недолго. Часа через четыре они с Аней вдруг обнаружили, что поднять жизненный тонус можно и другим способом, более приятным. Проведя таким манером в постели еще часа два и наслаждаясь каждой минутой в обществе друг друга, они поднялись, только когда почувствовали страшный голод.
- В холле стоит автомат со всякой фигней, но у меня нет денег, - сказала Аня. – Может, мы сможем его как-то взломать?
- И нарваться на неприятности ради пакетика чипсов? – возмутился Володя. – Да ни за что! Лучше пошли в ресторан. Я видел здание с таким названием метрах в пятидесяти от нашего домика.
- Это то, с цветными кубиками на фасаде? – Аня села и потянулась, ничуть не смущаясь, что одеяло при этом сползло, открывая наготу. – Согласна, что в таком огромном здании должно найтись много чего съедобного.
Володя, глядя на нее, поколебался немного, прикидывая, чего хочется больше: продолжить тесное общение со своим миниатюрным, слегка взъерошенным счастьем или все-таки тупо пожрать, но пока он размышлял, Аня выскользнула из постели и начала одеваться. Пришлось и ему последовать ее примеру.
В холле они столкнулись с другой парочкой. Юра и Вика, занимавшие соседнюю спальню, тоже вышли в поисках съестного. Они решили позвать с собой и Белоконева, которому гостеприимные полярники отвели третий, последний номер в этом гостевом домике. Однако на стук в дверь Гена никак не отозвался.
-Либо дрыхнет, либо уже ушел, - заключила Аня.
Друзья нашли Белоконева на улице, где тот с горестным видом стоял посреди деревянного тротуара, не зная, куда бежать и у кого требовать справедливости. Дело в том, что он встал раньше всех, и потому первым обнаружил пропажу вещей. По прибытии измученные путешественники толком не разбирали рюкзаки, все свалили на пол в холле вперемешку, и теперь выяснилось, что в этой куче кто-то успел покопаться, а малую часть «прихватизировать». Белоконев не досчитался собственных пометок, дневника метеоролога, непроявленных пленок и пакета со старыми медикаментами, унесенными с Надежды Ашором
- Здесь не воруют, - категорично заявил Юра, - это немыслимо. Вещи взял кто-то из наших, Ашор или Пат.
- Или эти «единороги», - вставил Грач. – Я за них голосую.
Они стали разбираться, забыв на время про ресторан.
Оказалось, что Ашора, Патрисию и Мухиных поселили во втором гостевом домике. Третий и четвертый заняли работники бурового комплекса, включая Макара-начальника. Добровольцы же с Беллинсгаузена еще в обед вылетели к себе на остров. Саня Петрушецкий обещал вернуться с оставленными в отеле чемоданами и документами, но не раньше, чем через двое суток.
- А не мог ли кто-то из них увезти?.. – заикнулся Геннадий, услышав новость, но Юра так на него глянул, что школьный учитель стушевался и сам поправился: - Нет, что это я, они, конечно, не могли. Они нам жизнь спасали.
Ашор, вышедший к ним, сказал:
- У нас тоже в рюкзаках пошуровали. Не знаю точно, кто, за руку не ловил, но могу предположить. На Ново прибыл следователь, Макар с ним сейчас пытается диалог построить.
- Какой еще следователь? – удивился Громов.
- Хотел бы сказать «самый обыкновенный», но это не так. Предлог вроде бы законный: пропажа вертолета, прочих материальных ценностей и гибель людей. Но сам факт столь оперативного прибытия говорит за себя. Если он конфисковал старые пленки и бумаги, значит, был в курсе, что именно взять и кого именно он допрашивать собирается.
- А твой «единорог» чего ж прошляпил?
- Здесь прослеживается знакомый конфликт интересов, хотя Макар… нет, думаю, все не настолько скверно, - ответил Ашор. – Просто кто-то успел сообщить в Большой Мир о нашем возвращении.
- Это я, кажется, виноват, - сказал Белоконев. – Меня еще в вертолете Саня с женой связал. Она же там волнуется, а Саня говорит: «У нас надежная связь со всем миром». Ну я и… извините! Я же не думал, что это так серьезно.
– Сомнительно, что за твоей женой следили, скорей уж тут вынюхивали, - успокоил его слегка Грач. - Засланный казачок в группе с Беллинсгаузена или просто нелепый случай.
- Я постараюсь все уладить, - сказал Ашор. – В любом случае, отдавать вас иным ведомствам никто не собирается. Вы, конечно, трофеи знатные, но с Вещим Лисом можно договориться.
- И как ты с ним договариваться будешь? - спросил Юра.
- У меня в руках Ключ, который, если я не захочу, никто не найдёт, и полезный человек, хорошо разбирающийся в устройстве «черного солнца».
- Патрисия?
- Да, глупо отдавать ее приспешникам Доберкура или любым иным конкурентам. К тому же, пока я прохлаждался в Хранилище, успел изучить надписи на стенах из тех, что читались. Это тоже записано у меня в памяти и представляет для владельцев «черного солнца» исключительную ценность. Короче, я придумаю, чем заплатить за вашу свободу.
- А если заставят? – поинтересовался Грач. – Рассчитывать на добрую волю Лиса я бы не стал.
