От толчка она кубарем скатилась по ступеням, оглушенная и раздавленная. Физически невредимая в этом пространстве, она продолжала умирать в других. Поль взял на себя ее боль, но не всю. Искаженное лицо мужа было последним, что она увидела перед тем, как провалиться во тьму.
Когда она очнулась, храм рушился, превращаясь в одну из тех пустынь, что станут отныне заменой ее потерянным зеркальным отражениям. Пат вскочила на ноги, подобрала валявшийся на ступенях Ключ, спрятав его на груди, и бросилась бежать. А жар преисподней, где она побывала, катился за ней девятым валом, швыряя камни и оглушая отчаянными воплями сгорающих тел – ее и ее супруга.
Она убежала и одновременно не успела убежать, она спаслась и все-таки по-прежнему отражалась в разбитых зеркалах, похитивших ее душу. Кто мог помочь ей теперь, когда Павел мертв?
Вовсе не «черное солнце» явилось источником квантовой нестабильности, поразившей их старый, привычный мир – она сама отныне несла в себе хаос. Патрисия не была, конечно, в этом уверена, но ужасно этого боялась.
*
Ашор пробудился и сел, но Пат ничего не замечала. Только когда его сильная рука бережно обвила ее дрожащие плечи, она осознала, что лицо ее мокрое от слез. В последние дни ненавистные ей слезы постоянно были близко, она никогда столько не плакала.
- Что случилось? – спросил Ашор. – Я тебя расстроил?
Пат покачала головой, потому что говорить не могла. Эта внезапная немота тоже явилась следствием распадающейся на атомы жизни.
Ашор поцеловал ее, и она уткнулась носом ему в грудь.
- Расскажи мне, что тебя мучает?
- Нет.
- Обещаю, что пойму и не стану осуждать.
- Я еще не готова.
- Хорошо, - он лег обратно на подушки, увлекая ее за собой, - я подожду.
Какое-то время Патрисия молчала, собирая сложный пазл из слов, мужества и проснувшейся совести, а потом сказала тихо, но твердо:
- Я знаю, что нам не быть вместе. Не так долго, чтобы ты дождался, когда я начну об этом говорить.
Он снова поцеловал ее. «Шлюх не целуют, - отрешенно подумала она, - хотя я всегда вела себя, как последняя шлюха. И с ним тоже».
Она хотела жить и искала того, кто мог бы вырвать смертельное семя из отравленной души. Кто мог бы исцелить эту душу. Кто мог бы ее полюбить, и кого она тоже могла бы любить, ведь только любовь и спасает.
Но имела ли она вообще это право: молить о любви и спасении? Даже не ради себя, а ради новой жизни.
- Я не достойна Грааля, - безадресно шепнула она, - наша Книга ошиблась.
- Твой Грааль на Урале, и у тебя все впереди.
- Нет, он не для меня. Возможно, он для другой, для нее.
- Для нее? - Ашор вопросительно изогнул бровь.
Пат положила руку на живот:
- Вчера врач подтвердил. Пол определить пока невозможно, но я знаю, что это будет девочка. Я теперь слишком много знаю.
Он накрыл своей ладонью ее руку:
- Тогда у тебя есть достойная цель. Это же замечательно.
- Я не справлюсь, - с сомнением произнесла Пат. – Она не виновата, что ее мать такая, но разве я смогу ее защитить? Все стало слишком сложно.
- Ты все сможешь, если захочешь, - улыбнулся он. – Первое время с обустройством я помогу. У вас все будет хорошо.
- Правда? – совершенно беспомощно уточнила она.
- Правда, Пат. Желания тоже имеют силу. Тебе просто нужно научиться правильно желать и стремиться к правильным целям.
]*
Юрий Громов
Последняя ночь на Ново прошла очень тихо.
Вика то ли простыла в подледной пещере, то ли дал знать о себе сильный стресс, но у нее начался насморк и слегка прихватило горло. Врач, который осматривал всех в первые сутки по возвращению, выдал средство для полоскания и прописал покой и положительные эмоции.
Пользуясь последним, девушка перетащила к ним в комнату горшок с искусственной пальмой из общей прихожей, точнее, заставила это сделать Юру.
- Ну и что, что она ненастоящая? Зато зеленая. Я по растениям соскучилась, - сказала она.
- Помнишь, я обещал тебе поездку только для нас двоих? Можно поехать туда, где много зелени и вечное лето. Это будет наше свадебное путешествие.
Вика оперлась на локоть и посмотрела на него:
- Пат предлагала для свадебной церемонии свой замок в Провансе, но теперь уж я и не знаю, получится ли. Ты замечал, сколько странностей происходит вокруг?
- Это следствия квантовой диффузии между мирами, - припомнил Громов сложный термин.
- Знаю, все очень тревожно. У меня изменилось название косметической фирмы на коробочках с гримом, и я не понимаю уже, мои ли это вещи. Вдруг этот чемодан принадлежит совсем другой актрисе Завадской? Когда я думаю, что моя точная копия, возможно, блуждает сейчас в снегах и ждет подмоги, а ее больше не ищут… мне страшно, что я займу ее место. Чужое место.
Юра лег рядом с ней, обнимая и желая защитить от всякого негатива.
- Ты это ты, - с уверенностью произнес он, - Пат считает, что мы всегда переносимся сами в себя, поэтому сами определяем свое место в жизни.
Засыпая, Вика долго смотрела на пальму, представляя, как полагал Громов, их будущее путешествие на Бали или на юг Франции или еще куда-нибудь. А он смотрел на нее. И смотрел бы так тысячу лет, без всякого преувеличения.
