-Может, - равнодушно сказал Иван, - и, хотя в это трудно поверить, но нет и Североамериканского континента, который превратился в группу островов. От Южной Америки остались только горы. Вся Африка сейчас медленно превращается в одну пустыню Сахару. От Европы осталась треть, и та тоже высыхает. Жизнь осталась там, - Иван махнул рукой назад, в том направлении, от которого они уходили, в сторону востока, - и оттуда она вернется на планету.
-Если там нет жизни, то зачем мы туда идем? – Саня даже остановился от удивления.
-Пока еще там есть жизнь, ибо живуча эта тварь - человек.
Четвертый день они шли в молчании, потому что уже не могли говорить, – отупевшие от жары, они вяло переставляли ноги, глядя в знойное марево впереди. Саня что-то бормотал, пытаясь отвлечься от безумия пустыни.
В середине пятого дня пути по деревянистой растрескавшейся земле, они дошли до русла высохшей реки. У них закончились запасы зайчатины, и воды оставалось очень мало.
-Думаешь, это Волга, - разлепив потрескавшиеся губы, спросил Саня.
-Нет, - ответил Иван, - может, какой-нибудь приток Волги. Или просто река без названия, потому что названия рек умерли вместе с человеком.
-Лучше бы я остался там, - сказал Саня, глядя на сухой песок, бывший когда-то речным дном, - знал бы, что все будет так плохо, не пошел бы.
-Это еще не совсем плохо. – Иван посмотрел в глаза попутчику. – Извини, что взял тебя с собой, но без тебя я бы не одолел эту пустыню. Сил бы не хватило. А мне надо дойти.
-Я не понял, ты меня оставишь.
-Кстати, что ты напевал вчера? – ушел от ответа Иван.
-Кусок песни из прошлой жизни, который пока еще помню.
-Напой мне.
Саня задумчиво посмотрел на Ивана и сказал речитативом:
Жизнь ползет, как змея в траве
Пока мы водим хоровод у фонтана.
Сейчас ты в дамках, но что ты запляшешь
Когда из-за гор начнет дуть трамонтана.
-Хорошая песня, - кивнул Иван.
-Ты не ответил на мой вопрос, - угрюмо буркнул Саня.
-Все значительно хуже. Я воспользуюсь тобой. – Иван достал из-за пояса пистолет, и выстрелил в удивленные глаза Сани.
Весь оставшийся день он вялил мясо, нарезанное тонкими полосками и разложенное под солнцем. Когда спала жара, и солнце покатилось к горизонту, он взял лопату, - ту единственную вещь, взятую из машины, которую он терпеливо нес все это время, - и начал копать на дне высохшего русла. Уже стемнело, когда он добрался до сырой земли. Выбравшись из ямы, Иван упал и уснул.
Ранним утром он был вознагражден маленькой лужицей воды, накопившейся за ночь. Он старательно собрал её тряпкой, отжимаемой во флягу. Удовлетворенно побулькав на две трети заполненной флягой, Иван сделал скорбные дела, - останки Сани бросил в эту же яму и закопал её.
Дальнейший путь в одиночестве был, как бесконечный сон, - длинный, нудный, из которого очень хотелось выбраться, но он не отпускал свою жертву, прокручивая перед глазами все ту же голую землю, все тот же пустынный горизонт, все тоже ярко желтое солнце.
И слова песни, что сказал ему Саня. Они привязались к нему. Иван шел и безостановочно бормотал этот речитатив, не замечая, что многократно перевирает их, вставляя не в рифму всплывающие в сознании слова:
Жизнь течет, как река в траве
Пока мы жрем говно в этом мире.
Сейчас ты в жопе, но что ты спляшешь
Когда Он придет и вернет тебя к жизни.
На десятый день пути Иван, уже не замечающий, что под ногами иногда встречаются серо-зеленые травинки и по сторонам бывают группы не только мертвых деревьев, уперся в деревянную изгородь. Он тупо смотрел на жердь, мешающую ему идти, пока до него не дошло, что перед ним. А, поняв, улыбнулся сухими губами.
Под умирающим дубом, мощно и раскидисто разбросавшим свои сухие ветви, стояла изба. Обычная изба, которую Иван счастлив был увидеть. Справа от неё был колодец - над срубом маленькая крыша и вертушка с ржавой цепью. Перевалившись через сухую жердь, которая сломалась под его тяжестью, он дошел до колодца и свесил голову вниз. Чудный запах колодезной воды вдохнул в него жизнь. Счастливо улыбаясь, он, напрягая последние силы и радуясь скрипу цепи, вытащил полведра холодной стоячей воды и погрузил в неё лицо, вознося хвалу тому, кто дает эти Дары.
Все следующие сутки он пил и спал в покинутой хозяевами избе, восстанавливая силы. И когда пришло очередное утро, он проснулся с ощущением, что забыл слова песни, что напел ему Саня.
6.
Оглядев близлежащие холмы, Иван поднялся на вершину самого высокого и посмотрел вокруг. На севере, сколько хватало глаз, было бескрайнее водное пространство, на юге и востоке – бесконечная пустыня, и только на западе был виден вдалеке зеленый цвет.
Иван шел на запад, и смотрел под ноги, наблюдая за постепенными изменениями травяного покрова. Сейчас она была сочная и ярко-зеленая. Он обернулся, - граница между полусухой и зеленой травой была размыта, но она была хорошо различима, особенно издалека. Неестественно сочная и зеленая трава.
