Однако в этот раз, когда он опять набил свое брюхо, случилось то, чем обычно пугают обжор — его брюхо лопнуло, но наружу выпало вовсе не все то, что он сожрал, а нечто, что когда-то было внутренними органами Миши, но теперь было откинуто за ненадобностью.
«Мишу» случившееся нисколько не смутило. Он принялся запихивать в свою пасть (а его лицо, рот тоже успели измениться, теперь рот действительно стал пастью, тянущейся от уха до уха) все то, что из него только что выпало.
По мере того, как он ел, из страшной раны на животе вырастал эдакий «пузырь», покрытый неким подобием чешуи.
В очередной раз наевшись, «Миша» отправился на излюбленное место.
В течение этих суток он безостановочно ел и спал, и к следующему утру, когда в очередной раз вылез из уборной, его было не узнать.
Человека это существо уже нисколько не напоминало. Горбатая, гибкая тварь с длинными, когтистыми передними лапами и мощными, явно рассчитанными на то, чтобы было удобнее передвигаться громадными прыжками, ногами. Здоровенная пасть, растянутая от уха до уха, впалый нос с огромными ноздрями и узкие глаза хищника, беспрестанно шарившие вокруг, высматривающие добычу.
«Миша» или, скорее, уже полноценный «Мут» обошел комнату, брезгливо понюхал один из трупов.
Есть тут уже, собственно, было нечего. Мут испытывал сильнейший голод, однако совершенно не представлял, где еще достать еду, как выйти из квартиры.
Он бродил из комнаты в комнату в поисках еды или хотя бы выхода, но так ничего и не нашел.
Внезапно грохнувший за окном выстрел привлек его внимание. Следом грохнуло еще раз и еще.
Мут уставился на окно, в котором была открыта форточка, через нее в квартиру и доносились звуки выстрелов.
Очередной выстрел стал для Мута триггером.
Он рванул вперед, прыгнул прямо в окно, выбив и стекло и раму, полетел вниз и гибко, будто кошка, приземлился.
Причем приземлился он на крышу внедорожника «Чероки», солидно ее помяв. Оттуда Мут прыгнул на капот широкой «кореянки», припаркованной неподалеку, и на ней замер, развернувшись мордой к двум вооруженным людям.
Те, стоящие рядом с трупом мужика, облаченного в окровавленный домашний халат, обалдело, с явным испугом уставились на внезапно появившееся перед ними чудище.
Вова и Женя
Заходить в подъезд и подниматься по лестнице решено было с оружием в руках. И нет, не с огнестрельным.
Оба приятеля вооружились «копьями» Вовиного производства. В случае если на лестнице им встретится противник, то будет намного легче ткнуть его «модифицированной лопатой», чем использовать огнестрел.
Впрочем, такому решению способствовала еще одна мысль, поданная Женей: если пальнуть на лестнице, то оглохнуть можно. И что гораздо хуже — от выстрела к приятелям стянутся все зомби, что окажутся в подъезде. Так что лучше действовать тихо, применять огнестрел только в крайнем случае.
Собственно, опасаться случайного и неожиданного нападения им не стоило. Вернее такое нападение не стало бы фатальным, ведь именно затем, чтобы этого не случилось, они и делали «броню» — те же наручи из нескольких слоев толстых журналов. Прокусить такое, тем более быстро не получится.
Оглядевшись по сторонам, убедившись, что никого нет, парочка двинулась к входу в подъезд.
Вообще двор и прилегающие улицы были необычно пустынны. В другие дни даже в непогоду кого-то да можно было встретить. Бабулек, стоящих посреди проезжей части, встретившихся по пути в магазин и резко решивших что-то обсудить, мамаш с колясками, детишек, возвращавшихся из школы и решивших немного задержаться, поиграть во дворе, ну, или же подростков, вроде чинно сидящих на лавочке, но явно задумавших (по мнению все тех же бабок) какую-то пакость. Да хотя бы алкашей или пары мужиков, копавшихся со старым «Москвичом», можно было увидеть.
Но не сегодня.
Словно бы город вымер. Не то что людей, даже уличных котов и собак видно не было.
Женя ввел код на домофоне и замок разблокировался. Женя рванул дверь на себя, стараясь открыть ее как можно шире, Вова же замер рядом, держа «копье» наготове, как они и условились.
За дверью никого.
Приятели зашли внутрь, закрыли за собой дверь, а убедившись, что замок защелкнулся, медленно пошли вверх по лестнице.
Шли медленно, осторожно, страхуя друг друга: пока один поднимался по лестнице, второй контролировал тыл. Едва только один добирался до очередного этажа, замирал, давая возможность второму пройти выше, и только после этого, не отводя взглядов от дверей и коридоров на этаже, пятился по лестнице выше.
Так, чередуясь, они добрались-таки до этажа, где располагалась квартира Жени.
В коридоре было пусто, дверь в квартиру Олега была закрыта и, похоже, туда никто не заходи, равно как оттуда и не выходил.
Вова все же страховал Женю, пока тот доставал ключи, отпирал свою входную дверь.
Лишь зайдя в квартиру Жени, они облегченно выдохнули.
— Думал, будет сложнее, — признался Женя, — я прямо был уверен, что тут либо менты, либо эти твари…
— Ну, пока повезло, — пожал плечами Вова, — но нам еще отсюда уйти надо…
— Да пусто же…
