– Всё это серьёзно, не так ли? – спросила она. – Поэтому вы и воздвигли себе эту… крепость? В расчёте на худшие времена.
Анштэттер подавленно кивнул.
– Да, вы правы. Я рассчитываю на худшие времена. Самое худшее то, что саудовцы умалчивали истинное положение дел. Управиться с пиком нефти было бы трудно, но к нему хотя бы можно было подготовиться. Технологии есть, пока ещё есть. Можно было б перейти на них, если бы вовремя начать, теперь уже поздно. Теперь этот пик ударит по нам как кузнечный молот.
В это утро Маркус наконец подумал, что надо бы дать о себе знать родным. Перед тем, как выписаться из отеля, он позвонил своей сестре. Застал он только Юлиана, который сказал, что родители уехали; куда, он точно не знал. Но они были чем-то встревожены.
– Тем, что я так внезапно исчез? – предположил Маркус.
– Не-а, – беззаботно ответил Юлиан. – К этому они уже привыкли.
– Да? – Трудно было сказать, приятно ли ему слышать это.
– Дядя Фридер говорит, что ты всегда поступал как хотел. И папа говорит, что ты в состоянии за себя отвечать, можно не беспокоиться. – Мальчик кашлянул. – Но мама всё равно беспокоится.
Ну, хотя бы это.
– Скажи ей, что у меня всё хорошо. Можешь передать?
– Конечно, – ответил Юлиан. – А где ты вообще?
– В Америке.
– Ах, вон что, – протянул он почти разочарованно. – Я и сам должен был догадаться. Ну и как, ты добрался до того человека, телефон которого прослушивается?
– Нет, – сказал Маркус. – К сожалению, нет.
– И что ты теперь делаешь?
Да, что он, собственно, теперь делает?
– Скажем, я занимаюсь поиском важных документов, которые у меня украдены.
– Что, правда? – удивился Юлиан. – Круто! И что это за документы?
– Не могу рассказать по телефону. Но если найду их, когда-нибудь покажу тебе.
– Обещаешь?
– Обещаю. Но это между нами, о'кей? Родителям скажи только, что я в США, что у меня всё хорошо и чтоб они за меня не волновались.
– О'кей, передам.
В этом отношении на племянника можно было положиться, Маркус это знал. Он закончил разговор и собрал свою сумку. Пора пускаться в путь.
Дело было уже к вечеру, когда он приехал в Блумингтон, Иллинойс. Над городом нависло пасмурное небо, пока он петлял по улицам в поисках Сансет-роуд. Деревья вдоль велосипедных дорожек были мокрыми. Из труб над крышами домов шёл дым.
В конце концов, он нашёл этот дом, одноэтажный, старый, обшитый деревянными панелями. Однако на почтовом ящике стояла другая фамилия, и когда он позвонил, ему открыл мужчина лет тридцати пяти, который во время разговора не переставал поедать чипсы из пакета. Таггард? Да, такая фамилия была у предыдущих владельцев дома. К сожалению, он с ними не познакомился, он знает лишь, что они умерли вскоре друг за другом: старик от рака, а его жена от сердца вроде бы.
– На этой улице за последние годы многие сменились, – добавил он, хрустя чипсами. – Соседи, которые мне рассказывали о Таггардах, тоже умерли. Вот оно как, да?
– Вообще-то говоря, я разыскиваю сына, – сказал Маркус. – Чарльза Таггарда.
Мужчина раздумывал на протяжении трёх чипсов.
– Да. Имя мне знакомо. Но у меня есть только его подпись на договоре купли-продажи, сам я его никогда не встречал. Всё оформлялось через маклера. «Black Bird Property». Отличные ребята. Если вам надо что-то подыскать…
– И когда же это было? – спросил Маркус.
На сей раз тот приостановил процесс хруста, так крепко задумался.
– В 1999 году. В декабре. Я купил дом, и маклер мне рассказал, что хозяева умерли в одно лето.
– И где теперь может быть сын, вы тоже не знаете?
– Нет. К сожалению. Я бы его даже не узнал, – он хохотнул. – Хе-хе, будь то даже вы, я бы и не заметил.
Маркус расстался со своей надеждой.
– О'кей, – сказал он. – Спасибо. И извините за беспокойство.
– Нет проблем, – беспечно ответил мужчина. – Хорошего дня.
Соседи тоже ничего не знали. Большинство и в самом деле жили здесь недавно, лишь одна старушка через три дома, с прямыми, как солома, волосами, ещё помнила молодого Чарльза Таггарда.
– Такой долговязый, всегда слишком худой для своего возраста. И вежливо всегда здоровался, да, помню.
– Где он теперь может быть?
– Этого я не знаю, – сожалела она. – Впрочем, погодите… Вашингтон. Я как-то слышала, что вроде он живёт там.
Маркус поблагодарил, но по лбу себя хлопнул, лишь вернувшись к машине и усевшись за руль. Вашингтон, конечно же! Логичное место жительства для агента ЦРУ, который числится офисным сотрудником какой-то там фирмы.
Нет, он и в самом деле был ещё далеко не в форме.
В городе он нашёл кафе с Интернет-терминалом. К моменту, когда принесли заказанный каппуччино, Маркус уже знал вашингтонский адрес и номер телефона Таггарда. Он наменял побольше четвертаков и зашагал к ближайшей телефонной будке.
После третьего гудка трубку сняли, но никто не ответил.
– Алло? – сказал Маркус.
– Кто говорит, простите? – спросил низкий голос, который уж точно принадлежал не Чарльзу Таггарду.
В воображении Маркуса промелькнула сцена из давнего шпионского фильма, где киллер сидел в квартире своей жертвы. И отвечал по телефону так же странно.
Маркус положил трубку и только после этого отважился снова выдохнуть.
