«Ребята, видели б вы сейчас свои лица», – эту мысль я сумел оставить при себе, но не смог подавить подступающий приступ смеха, – «крайний раз до прошлой жизни!». Впрочем, чаепитие не прошло зря, профессор поведал о причинах, побудивших «экспертов» приехать в этот дом и начать «расследование». Оказалось, коттедж купила молодая семье – муж, жена и двое детишек…
– Чуть меньше трех месяцев назад они стали счастливыми обладателями дома, – Семенихин говорил будничным тоном, постукивая пальцами по деревянной столешнице. – Первый месяц все шло хорошо… распаковывали вещи, обустраивались на новом месте. А потом, как обычно и случается в таких делах, коттедж начал подавать признаки жизни…
Может тон, которым излагал профессор, а быть может сказалась вечерняя усталость, но с этого момента скептицизм внутри меня начал таять и медленно испаряться. Иногородняя семья решает сменить место жительства – это вполне укладывалось в голове, и не вызывало никаких сомнений.
– Началось все банально, – продолжал профессор, – с общей усталости и ухудшения самочувствия. Постоянные болезни – от вирусов до простуд, и это на фоне депрессивного состояния. Но дальше – хуже! Всей семье начинают сниться страшные сны. Представьте себе, Сергей Петрович, что двое взрослых и двое детей видят одинаковые сновидения!
– Михаил Александрович, а они обращались к врачам? – бестактно и грубо перебил я профессора.
– Конечно обращались! – удивился Семенихин, – правда, не уверен, что подробно описывали свои сновидения. С такой откровенностью и до психиатрии недалеко, думаю, вы и сами все понимаете.
– И что же им снилось, если не секрет?
– Женщина в черном платье, – ответил Антон, и с явной неохотой, морщась, добавил, – высокая женщина, черное платье до пят, в руке свеча, идет по коридору.
Из дальнейшего рассказа я понял, что взрослые и дети одинаково описывали свои сны – женщина, идущая по коридору со свечой в руке, половина лица нормальная, а другая похожа на истлевший череп. Почувствовав бегущие по спине мурашки, я поежился и невольно обернулся. Позади столовой тянулся коридор, дальний конец которого растворялся в неосвещенном пространстве.
– Потом появились галлюцинации наяву, – глянув на часы, продолжил профессор. – Сначала тихий, неразборчивый шепот, а потом видения той самой женщины. Чтобы сходить ночью, извиняюсь, в туалет… в общем, по одному ходить никто не решался. А в конце второго месяца, после переезда, по ночам начали самопроизвольно передвигаться предметы. Представьте, Сергей Петрович, вы дома один и мирно спите на собственной кровати. А посреди ночи вас будит шум, с каким передвигается стул в соседней комнате! Вы встаете, обуваете тапки, и идете смотреть на причины необычного ночного звука. Выключатели при этом, как вы догадались, во всех комнатах не работают.
– А в коридоре, почти в полной темноте, вас преследует неразборчивый тихий шепот, – добавил Антон, глядя мне в глаза. Если он хотел напугать, должен признать, начало получаться…
– После того, как на глазах у главы семейства опрокинулся комод, он решил обратиться в надлежащие инстанции, – продолжил профессор. – Были экстрасенсы, священнослужители и участковый. Последний, как и вы, ничему не верил и молча смеялся. А когда сам стал свидетелем некоторых сцен… он же и в протокол подобного не запишет… И что прикажете делать несчастной семье? Дом продать не могут, не погашена ипотека. К родственникам переехать, или гостиничный номер снять? Вы же понимаете, что это временные варианты.
– В общем, после этого они обратились к нам. И мы приехали проводить расследование, – подытожил Игорь.
– А вы уже ночевали… вам снились сны? К вам тоже являлась та самая женщина? – я поверил, но не до конца, хотелось услышать ответ непосредственно от профессора.
– Не совсем, – уклончиво ответил Михаил Александрович, теребя толстые звенья цепи. – Есть некоторые предметы, оберегающие нас… мы предпочитаем с ними не расставаться.
В начале двенадцатого мы поднялись на второй этаж, где, по словам «экспертов», каждую ночь повалялся призрак. Остановившись в прямоугольнике из контура проводов, я, затаив дыхание, смотрел по сторонам, ожидая и боясь увидеть женщину в черном платье.
– И что будет, когда появится призрак? У вас есть, чем его прогнать? – спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.
– У нас есть, чем его отпугнуть, – снова уклончиво ответил профессор. – Мы не охотники за привидениями, – улыбнулся он, – у нас нет подобного оборудования.
– Мы изучаем паранормальные феномены, применяя научный подход, – кивая на оборудование, пояснил Игорь. – Призраки никогда не появляются просто так. Должен быть предмет, некий артефакт, который подпитывает их энергией.
– Или некая аномалия в самой земле, которая истончает границы между нашими измерениями…, – профессор собрался привести аргумент, но раздался щелчок и свет в доме отключился.