Из машины Марго, как сквозь линзу старого телеприёмника, Мартин пытался разглядеть новых владельцев виноградника. Жак и его жена в этот момент вышли из дома и направились в глубину аллеи, видимо, желая прогуляться и насладиться свежим утренним воздухом. Они обошли виноградник и оказались прямо возле дома Мартина и Софи. Мать встретила их на пороге, и они принялись что-то очень оживлённо и эмоционально обсуждать. Жак время от времени одобрительно кивал головой, поглядывая на свою супругу и как бы спрашивая у неё совета. Она улыбалась в ответ, давая понять, что полностью с ним согласна. Казалось, они понимали друг друга без слов. Мало сказать, что жена нового владельца была изящной и привлекательной. Природная женственность, бесконечное обаяние, утончённость и шарм делали её женщиной вне возраста.
– О чём вы говорили? – спросил Мартин у Софи, поднимаясь по ступенькам веранды.
– Жак и Колетт пригласили нас с тобой сегодня к ним в гости на празднование тридцатилетия их совместной супружеской жизни. Я сказала, что мы придём. – И Софи, вздохнув, с надеждой взглянула на сына.
Он снова вспомнил Сьюзен в момент их знакомства, её очаровательную улыбку и то, как она смущалась, глядя на него. Чувствовал, как сильно начинало биться его сердце при мысли о ней. Естественная красота Сьюзен обезоруживала, и, казалось, превращала даже самого стойкого и неподатливого женоненавистника в послушного и безропотного «слугу», готового следовать за своей «госпожой» хоть на край света.
«У меня есть ещё один день, и я успею встретиться с Марго и поговорить с ней», – решил Мартин.
Подарок новым соседям Мартин и Софи подготовить, конечно же, не успели. Зато Софи испекла пирог с виноградным джемом, а он взял две бутылочки красного вина из отцовской коллекции.
…Дом Жака и Колетт был похож на маленькую библиотеку, одна часть из которой – это выставленные по алфавиту в строгом порядке и не отличающиеся по цвету громоздкие медицинские справочники и словари, а вторая – небольшие книжки с разноцветными корешками из серии «на каждый день», такие удобно взять в поездку или на приём, чтобы блеснуть цитатой классика или уровнем своей эрудиции. Супруги Эмилейн показывали дом, комнаты после ремонта и умело выложенный, уютный камин, в котором теплился слабый, словно робеющий перед собравшимися гостями, но готовый в любой момент показать себя во всей красе, живой огонь. Сьюзен, видимо, не было в доме, потому что Жак долго, вполголоса объяснял Колетт, что «не будет ничего страшного, если мы сядем за стол без неё». Окна были слегка приоткрыты, и солнце, как бы без спроса заглядывая в гостиную, становилось полноправным участником сегодняшнего праздничного вечера. Софи и Колетт говорили друг другу комплименты по поводу виноградника, книг, вкусного, красивого пирога с джемом и отцовского коллекционного вина. Мартин думал, что уже не увидит Сьюзен, но вскоре она появилась на пороге в летящем, пышном жёлтом платье и с букетом прекрасных полевых цветов в руках.
– Поздравляю тебя, мамочка! – радостно воскликнула Сьюзен.
Мать она обняла, а отца сдержанно поцеловала в щёку. По всей видимости, отношения с отцом у Сьюзен были не такие тёплые, как с Колетт. Но вместе с тем она была мила и приветлива.
– Добрый день, Мартин! – Сьюзен протянула руку, и его воображаемый самолёт, потерявшись где-то среди непроглядного тумана, стал медленно растворяться в воздухе. Мартину было хорошо оттого, что он просто смотрел в её глаза.
– Здравствуйте, Сьюзен. – Но вместо того, чтобы взять девушку за руку, он почему-то потянулся за оригинальной фигурной бутылкой из тёмного стекла. – Это из отцовской коллекции.
Она поднесла бокал, и Мартин налил немного вина, чтобы дать возможность сначала почувствовать и оценить букет.
