- Откуда это у вас? - С неподдельным удивлением спросила Полина, тоже подошедшая к столу.
- Ну я же вчера рассказывал, - ответил Давид. - Это фотография Булчана Хутуркинова, настоящего отца Ва ...
- Но это же Зимин!
- Какой Зимин? - Опешил Вадим.
- Алексей Николаевич Зимин, - объяснила Полина. - Профессор Петровского университета, о котором рассказывали Давид и Ли. Ну! Он еще в тридцатом под поезд попал!
- Стоп! - Холодным каким-то голосом остановил ее Давид. - Где ты видела фотографию Зимина?
- Так мы вам еще рассказать не успели, - Полина выглядела совершенно растерянной. По-видимому, до нее наконец дошло, что происходит. - Мне Грач, ну, то есть "ломщик" знакомый помог взломать сервер университета. Вадим был потом занят, а я материалы из университетского архива успела просмотреть ...
- Ты уверена?
- Сам посмотри! - Полина метнулась в спальню, по-видимому, чтобы принести свой мобильный накопитель или весь терминал, но Вадим за ней не пошел. Он взял второй конверт и вытряхнул на стол снимки, сделанные им в рабочем кабинете Комаровского. Разумеется, переснять весь отчет Ширван-Заде нечего было и думать, да и Алексей бы ему этого не позволил. Но, когда Комаровский вышел в туалет, Реутов все-таки отснял несколько страниц текста и особенно страницы с личными данными на сотрудников "шарашки". Он их даже не рассматривал тогда, экономя время, и объем своей и без того загруженной памяти, но сейчас его вела не память, а интуиция.
"Эккерт сказал ... Вот!"
Это было личное дело Петра Григорьевича Людова - научного руководителя института медико-биологических исследований.
"Твою мать!" - с крошечной, но вполне четкой фотографии, приклеенной в правом углу учетного листа, на него смотрел все тот же Булчан Хутуркинов.
