– Вот как, – немного растерялся наместник, – прошу прощения, право неудобно получилось, вам немедля выдадут необходимое свидетельство. Кланяйтесь Михаилу Николаевичу.
– Благодарю, непременно.
– Так, а как же ваша служба, не надо ли чем помочь?
– Все хорошо, – отозвался Алеша, – вот разве что…
– Что?
– Порученный мне воздухоплавательный парк, хранится в полном небрежении в порту. К тому же людей совсем нет.
– Действительно непорядок, – поморщился Алексеев, – парк этот немалых денег стоит. А людей возьмите сколько надо, я распоряжусь.
– Благодарю, – наклонил голову лейтенант.
– Старка видели? – наклонился к нему наместник, – переживает! Только что сообщили, что государь назначил нового командующего флотом.
– Вот как, и кого же?
– Макарова, уже выехал из Петербурга.
– Степана Осиповича?
– Да-с, его. Вы знакомы?
– К сожалению нет.
– Вот и познакомитесь. А знаете что? На кой черт вам эти воздушные шары! Хотите к нему в штаб?
– Почел бы за честь, но, право, предпочел бы назначение на боевой корабль.
– О, будьте покойны, в штабе Макарова на берегу не посидите! Правда он весьма своеволен, и штаб себе сам набирает, но я могу составить протекцию. Так хотите?
– Прошу прощения, ваше высокопревосходительство, а что с «Боярином»?
– А что с «Боярином»? Вот выйдет из дока «Паллада», поставим на ее место, да и залатаем с божьей помощью. Постойте, хотите на крейсер?
– Если на то будет ваше благорасположение.
– Ну, что же, можно подумать и о «Боярине», на нем некомплект. Сарычева, кстати, завтра судить будут. Новый старший офицер тоже еще не прибыл… Хорошо, я подумаю.
– Благодарю.
– Не стоит, занимайтесь пока вашими шарами, а к окончанию ремонта, полагаю, все и решится.
Вернувшись домой, Ефим Иванович подал пальто прислуге и зябко потер замершие руки.
– Ты не поверишь, Капочка, кто сегодня заходил отдать телеграмму.
– Ты так говоришь, как будто это был сам наместник, – пожала плечами Капитолина Сергеевна, подставляя щеку для поцелуя.
– Бери выше, дорогая, к нам заходил сам великий князь Алексей Михайлович! И помнишь, что я тебе говорил? Наш знакомый лейтенант Романов и великий князь одно и то же лицо!
– Не может быть! – воскликнули в один голос Капитолина и Людмила Сергеевны.
– Еще как может! – С победным видом воскликнул чиновник, – я сам слышал, как его титуловал жандарм. Ты знаешь, Капа, а ведь я не принял сразу его телеграмму. Да-с! Ничего не поделаешь, приказ наместника. Но, представляешь, Алексей Михайлович и не подумал возмущаться или грозить, как тот жандарм, а поехал к наместнику и получил разрешение. И даже сказал мне: – «Дура лекс – сэд лекс*!» Это по латыни означает…
– Это означает, Фима, что ты круглый дурак! – всплеснула руками его супруга, – только раньше об этом знала лишь я, а теперь это известно еще и великому князю! Мила, ты слышала, что он натворил? Представляешь, просто какой-то социалист-народник! Телеграмму у великого князя не принял.
Но Людмила Сергеевна совершенно не слушала, как сестра пилит своего мужа. Ей почему-то показалось очень достойным поведение великого князя, не ставшего требовать для себя привилегий. Впрочем, прогрессивной барышне, какой без сомнения она была, не пристало долго думать о власть предержащих и, в особенности, о членах императорской фамилии. Так что Мила попыталась прогнать от себя эти мысли и отправилась проверять, как ее племянник сделал уроки.
–-------------
*Закон суров, но он закон. (лат.)
– Ознакомьтесь Оскар Викторович, – протянул недавно полученную депешу наместник. – Вам будет очень любопытно.
– А что это? – почтительно принял документ Старк.
– Наградные списки за бой двадцать седьмого января.
– Однако! Я ожидал их не ранее марта.
– Вы читайте-читайте, там за еще одно дело награды.
– Какое дело?
– Спасение «Боярина».
Лицо Старка неуловимо изменилось, и он сразу перешел к концу.
– Капитану первого ранга Матусевичу – орден святой Анны…, лейтенанту Балку второму – орден святого Георгия четвертой степени, лейтенанту великому князю Романову орден святого Станислава с мечами и бантом третьего класса… – довольно щедро, для той реляции, что мы составили.
– Алексею Михайловичу, еще за бой на «Полтаве» клюкву* на кортик, и по совокупности заслуг чин капитана второго ранга** за отличие.
–-----------
*Клюква. – Жаргонное название первой боевой награды офицера, ордена святой Анны четвертой степени. Носилась на темляке палаша или кортика.
**В то время в табели о рангах отсутствовали звания старшего лейтенанта, капитан-лейтенанта и капитана третьего ранга.
– Это невозможно!
– Еще как возможно, ваше превосходительство!
– Но реляции…
– Как выяснилось, любезнейший Оскар Викторович, теперь имеют значение не только реляции, но и газетные публикации. Простите за каламбур!
– Простите, не понимаю.
– Я сам не очень понимаю, но мне тут друзья приватно сообщили следующее: некий журналист Ножин отправил в столичные газеты статью, в коей в красках живописал геройство нашего великого князя и… скажем так, скудоумие высшего командования, сиречь нас с вами. Каково?
– Но как подобные вещи пропустили в печать?
