Ожидая своей очереди в клетке, Колин отрабатывал базовые приемы – защиту, блоки, удушающие захваты. Большинство из них пришли из боевых искусств и спортивной борьбы – скорость, инстинкт и равновесие были гораздо важнее грубой силы. Как обычно по субботам, Дейли сначала показывал движения, используя Колина в качестве партнера, а потом группа делилась пополам. Каждая половина получала возможность отработать прием, повторив его десять-двенадцать раз, после чего бойцы менялись местами. Затем все переходили к следующему приему. Через десять минут Колин уже тяжело дышал; через полчаса футболка на нем промокла насквозь. Дейли наблюдал за ними – подсказывал, как поставить ногу, чтобы получился дополнительный рычаг воздействия, как эффективнее обхватить противника и так далее в бесчисленных вариациях.
Бойцы в клетке сменяли друг друга, и через час настала очередь Колина. Он надел шлем и массивные перчатки и принялся работать с партнером, пока Мур – бывший чемпион «Золотой перчатки», родом из Орландо – выкрикивал наставления. Колин продержался семь двухминутных раундов; он прыгал, описывал круги, не упускал возможность ударить рукой или ногой, когда противник открывался, и в то же время избегал прямых атак. Он выигрывал, но в основном не столько благодаря собственным умениям, сколько благодаря отсутствию таковых у противника: парень, с которым Колин спарринговал, был не в форме и без особого опыта, с единственным, проигранным, боем в прошлом.
Затем все вновь вернулись на маты и стали отрабатывать перевод в партер, в то время как противник стоял спиной к стене. Потом, поменявшись местами, они стали учиться противостоять броскам. К концу занятия у Колина мышцы подрагивали от усталости.
Он то и дело поглядывал на Марию. Колин надеялся, что девушка заскучает, но она постоянно наблюдала за ним, и от этого тренироваться было тяжелее обычного. Как правило, Колин без труда сосредотачивался исключительно на противнике, но присутствие Марии вселяло в него странную неловкость. Во время настоящего поединка такая рассеянность дорого бы ему обошлась. К концу занятия Колину казалось, что в психологическом отношении он сделал два шага назад. Он знал: придется много работать, чтобы поправить дело. В конце концов, бои без правил – это спорт, который требует психической и физической подготовки в равной степени, даже если большинство так не считает.
После тренировки он сунул вещи в сумку и закинул ее на плечо. Мария подошла к нему.
– Ну что скажешь? – спросил Колин, поправляя лямку.
– Жестко. Очень утомительно.
– Да, если подумать, так оно и есть.
– Как, по-твоему, прошла тренировка?
– Ничего себе. Но я отвлекался.
– Из-за меня?
– Да.
– Извини.
– Не за что.
Колин улыбнулся и потеребил на себе футболку.
– Подожди несколько минут, пока я помоюсь и переоденусь, ладно? Мне нужно все это снять, иначе сиденье в машине промокнет, пока я доберусь до дома.
Мария поморщилась:
– Какая гадость.
– Так я пойду?
– Конечно, – сказала она. – Я подожду снаружи.
Когда Колин наконец вышел из раздевалки, Мария стояла у двери и говорила по телефону. В солнечных очках она походила на гламурную кинозвезду эпохи пятидесятых. Она закончила разговор, как раз когда подошел Колин.
– Звонила Серена.
– Все в порядке?
Мария пожала плечами:
– Сегодня у нее ужин с директором фонда, который распределяет стипендии, и она немного нервничает, но в целом все нормально. Ну, чувствуешь себя лучше?
– Я однозначно стал чище. Хотя бы ненадолго. Я еще некоторое время буду потеть.
Она взяла его за руку:
– Я рада, что приехала. Это оказалось намного интереснее, чем я думала.
– Насчет половины восьмого все в силе?
– Надеюсь, – ответила Мария. – Предупреждаю заранее: в танцах я несколько утратила сноровку.
– Я этого не замечу. Я впервые иду на танцы. Кстати, Мария…
– Что?
– Спасибо, что пришла сегодня. Мне было очень приятно.
Как только Колин вылез из машины, Эван вышел на крыльцо с пакетом в руках.
– Держи, – сказал он, протягивая пакет. – Это тебе. Не забудь отдать деньги.
Колин остановился.
– За что?
– Лили решила, что тебе сегодня нужно приодеться.
– У меня есть одежда.
– Я не виноват, я ей сказал то же самое. Но ты же знаешь Лили. Мы потащились в магазин, и, как я уже говорил, теперь ты мне должен. Счет в пакете.
– Что она купила?
– Не бойся, все не так плохо, как я думал. Я представлял, как Лили выберет что-нибудь с бахромой и бубенчиками, но она купила простые черные брюки, красную рубашку и черные ботинки.
– Откуда она знает мой размер?
– Она дарила тебе одежду на прошлое Рождество.
– И не забыла?
– Лили запоминает такие вещи. Пожалуйста, возьми пакет, я устал его держать.
Колин подошел.
– А что будет, если я не захочу это надевать?
– Во-первых, все равно отдашь мне деньги. Во-вторых, ты ранишь чувства Лили – а после того как она научила тебя танцевать, ты точно не захочешь показаться неблагодарным. Ну и, конечно, тебе самому придется объяснить ей, почему ты это не наденешь.
– Откуда она узнает?
– Лили здесь. И настаивает, чтобы ты заглянул, прежде чем уехать. Она хочет с тобой поговорить.
Колин, растерявшись, молчал.
