Они не могут уйти. Единственный способ покинуть Кровавую Мафию — это смерть. Если только они не захотят уйти. Может быть, они хотят, чтобы я ушел.
Я бью кулаком по столу. Монитор трясется, привлекая мое внимание. Деми только что проснулась. Она пойдет в спортзал.
Пора пойти ухаживать за ней.
Деми
Я уже собиралась надрать задницу Алиссе, когда почувствовала, как он входит в спортзал. Прищурив глаза и не обращая внимания на невыносимого кровососа, я пнула Алису с разворота. Она кричит от боли, приземляясь на задницу и смотрит на меня.
— Теперь ты та самая дура, у которой есть суперспособности.
— Ах, да? Но тебе это нравится, не так ли?
Она встает и расчесывает свои светлые волосы.
— Возможно, — говорит она, ухмыляясь, как будто я ее не сильно обидела.
— Как насчет раунда со мной? — между нами раздается голос Маттео.
Алисса закусывает губу и смотрит на босса.
— Ты собираешься драться?
Он сбрасывает пиджак, расстегивает рукава и начинает осторожно их закатывать. Святые небеса, сочетание татуировок и закатанных рукавов опасно.
Самодовольный ублюдок ухмыляется, и его карие глаза озорно танцуют, когда я встречаюсь с ним взглядом.
— Почему нет?
Алисса знает, что лучше не задавать ему дальнейшие вопросы. Она бросает меня на ринге. Я наблюдаю, как Маттео пробирается между веревками, его брюки туго обтягивают бедра. Он чертовски больше моей маленькой подруги.
Я хмурюсь.
— Во что ты играешь?
Он наклоняет голову набок.
— Играю?
— В чем подвох?
— Никаких уловок, — он поднимает кулак. — Надери мне задницу.
Улыбка растекается по моему лицу.
— С радостью.
Я двигаюсь, используя сверхскорость в своих целях. Мои силы по большей части стабилизировались. Однако, Алисса все еще медленнее меня. Если я объединяю мою новую скорость с моей силой, она изо всех сил пытается не отставать.
С другой стороны, Маттео почти так же быстр, как и я. Он застает меня врасплох, блокируя мой первый удар. Я убегаю от него и переоцениваю ситуацию. Он не играет в защите.
— Что ты делаешь?
— Жду, когда ты надерешь мне задницу.
Я двигаюсь снова, отвлекая на левую сторону, но поворачиваюсь и врезаю кулаком ему в правый бок. Он отшатнулся назад, и я пользуюсь небольшим преимуществом и бью его по коленям.
Он бросается на мат, вскакивает и поднимает руку, чтобы увернуться от моего удара. Маттео хватает меня за запястье и притягивает к себе. Я выворачиваю руку, разрываю захват и отскакиваю от него.
Игра в кошки-мышки продолжается еще несколько минут. Я рычу, когда он уклоняется от ударов.
Когда я смотрю на него, он улыбается.
— Давай, малышка. Ты даже не пытаешься.
Я сжимаю зубы. Я, блять, пытаюсь, вот что меня бесит.
В моих глазах проступает красный цвет, и я не знаю, как объяснить, что будет дальше. Например, когда мои силы пробудились, все замедлилось. Моё сердцебиение — медленный стук в груди. Его движения вялые, и все, что он говорит, звучит искаженно.
Я смотрю на его карие глаза, вижу глупый наклон его губ и могу думать только об одном. Он должен умереть. Мое тело, кажется, движется само по себе. Я бегу влево, запрыгиваю на угловую стойку и использую ее, чтобы сделать сальто назад.
Я приземляюсь позади Маттео, чья голова все еще поднята и он смотрит, как я пролетаю над ним. Мои пальцы впиваются в его плоть, и я поворачиваю его голову в сторону. Кости трещат, желудок переворачивается, и Алисса задыхается.
— Деми.
Я отпускаю Маттео, и его тело со стуком ударяется о коврик. Я оглядываюсь через плечо и вижу вампиров в спортзале, наблюдающих за мной прищуренными глазами. Алисса стоит ко мне спиной.
Моя грудь вздымается. Красная дымка все еще затуманивает мое зрение. Вампиры не делают никаких шагов ко мне, но я вижу, что некоторые думают об этом. Алисса смотрит из стороны в сторону. Она пытается увидеть, кто нападет первым. Я сгибаюсь и использую руки и ноги, чтобы прыгать, преодолевая веревки и приземляясь на корточки.
Лишь несколько вампиров встречаются со мной взглядом, когда я встаю и скрещиваю руки на груди. Алисса вздыхает.
— Тебе пришлось его убить?
Я киваю.
— Он поднимется через несколько минут.
Исцеление Маттео происходит феноменально быстро, что указывает на то, что ему уже несколько сотен лет.
— Они недовольны.
Подняв руки, я пожимаю плечами.
— Мне плевать. Он заслужил это.
Начинается странный обмен взглядами, пока не проходит три минуты, и не раздается сказочный хруст встающих на место позвонков шеи.
— Ой, смотри, он проснулся, — я поворачиваюсь и смотрю на Маттео.
Его глаза полностью черные, и он смотрит на меня, как хищник на свою жертву. Волосы на моих руках поднимаются дыбом, предупреждая меня о надвигающейся опасности.
— Уйди, — рычит он, отводя от меня взгляд и глядя на нашу аудиторию. — Вы все. Вон.
Через три секунды все вампиры исчезли. Алисса в том числе.
Передо мной мелькает Маттео, с легкостью проскальзывающий сквозь веревки ринга.
Я поднимаю подбородок и смотрю в его яростный взгляд.
— Ты свернула мне шею.
— И?
Он прищуривает глаза, и эти черные радужки с каждой секундой становятся все более устрашающими.
— Это была плохая идея в присутствии этих вампиров.
Подождите минуту.
