Филя бежал, едва удерживаясь от смеха. Ай да соратники! Цены же вам нет! То есть цена-то как раз есть, но… невысокая, очень невысокая… Примерно как мифическая зарплата охранника «Светоча» Валерия Сергеевича Разина. Только без разовых премиальных, которые, видать, от «избытка щедрости» заказчицы так и просквозили мимо кармана. Часиками она отделалась! Ну и жлобье!.. А может, так оно и лучше?..
Подъезжая к дому на Неглинной, в котором располагалась «Глория», Агеев издалека заметил, что сквозь окна в их цокольном этаже, сквозь опущенные жалюзи пробивается свет. Странно, час вроде бы уже поздний, каких-то торжеств не должно было быть, иначе бы Филипп знал об этом: как это, пьянка — и без него! Может, Макс, бородатый компьютерщик, практически живущий в офисе, в специально оборудованной комнате с компьютерами, решил устроить себе личный праздник? Так все равно было бы известно. В общем, странно это, очень странно, как пела симпатичная грузинка в музыкальном кино.
Батюшки, едва не воскликнул он, подъехав к подъезду ближе. На огороженной стоянке, принадлежащей также агентству, стояло несколько автомобилей. Так, ну машины своих друзей-сыщиков Филипп узнал сразу. Значит, и хозяева транспорта тоже здесь. Между оперативными «девятками» затесалась черная «Волга» с пятью семерками на номере — это Вячеслава Ивановича. На серебристом джипе «лексус» приехал Турецкий. И Денисов «форд-маверик» — тоже на месте. Значит, полный сбор? А почему тогда его, Филю, не проинформировали? Безобразие! Стоит уйти к бабе — и никакого порядка!
Он уже решил было высказать друзьям все, что о них думает, но, открывая своим ключом дверь в офис, вдруг понял, что они-то как раз и не виноваты. Они ведь знали, что он поехал к мадам Ершовой, чтобы сообщить ей о выполнении заказа. Ну и получить окончательный расчет. Эта поездка у него уже не первая, а чем они обычно кончаются, обсуждать не надо, ибо это давно стало предметом шуток. Может, ребята решили, что ситуация у него снова сложится, как в старом советском анекдоте? Там муж говорит жене: «Пойду на партсобрание, наверное, там и заночую». Нет, все равно нехорошо. Предупреждать надо…
Его появление встретили веселыми восклицаниями. Мол, его сегодня не ждали, и вот такая, понимаешь, неожиданная радость! Сквозь другие, вполне безобидные шутки пробилась ехидная реплика Щербака:
— Что, старина, неужто уже отлучили? Так и не справился?
И она вызвала взрыв хохота. А Филя решил ничего не выдумывать, ибо правда всегда выше и прекраснее любой самой изощренной выдумки. И он, придав своей физиономии искренне огорченный вид, скорбным голосом ответил:
— Там, ребята, у меня такой конкурент объявился, что я счел за лучшее немедленно смыться.
— Это кто ж такой посмел тебя обойти? — прогудел басом Демидыч и стал наливать водку в чистый стакан — для друга Фили.
— Не поверите, сам Брус. Он меня, кстати, на работу к себе приглашает. Вот подумать дал до завтра, до девяти утра. Пару тысяч для начала кладет. Андреич, — он повернулся к Денису, — как считаешь, соглашаться? У тебя ж вечно с зарплатой проблемы. А так я буду у него зарабатывать и вам, сюда, помаленьку подкидывать, а?
— Хорошая идея! — подхватил Голованов. — А ты про меня ему ничего не говорил? Филя, я тоже хочу!
— Не успел, — удрученно покачал головой Филя, — он уже поддатый приехал, ну я сразу понял — мадам оприходовать. Очень сильная личность. Физически. Но я сильней, чем и завоевал его расположение. Завтра утрясать отношения зовет. Как?
Денис сказал, улыбаясь и показывая на стакан в руке Демидыча:
— Принимай награду за очередной свой подвиг и присаживайся к столу. Но мы здесь по другой причине, просто тебя отвлекать не хотели. А ты оказался как раз вовремя.
— Появились новые соображения? — забирая стакан, спросил Филипп.
— Появились, — ответил Турецкий. Он один не хохотал, а просто улыбался, и то как-то нехотя, через силу, чтоб другим не портить настроения.
— У меня тоже кое-что новенькое, — многозначительно сказал Филя и выпил водку. — Я так понимаю, штрафная?
— Ага, и последняя, — успокоил его Грязнов-старший. — Так, Саня, продолжай, пожалуйста…
— А я вот теперь и не знаю, стоит ли мне развивать дальше свою идею? Может, у Филиппа есть именно то, чего мне недостает? Ты не хочешь, Филя?
