«Ну да, другие могут не верить, но сам себе ты доверяешь. Проблема в том, что я — как раз другие». — подумал Большой Босс.
— А способ? — продолжал рассуждать Гусляр. — Травить в лондонском пабе, да еще непонятным ядом, да с шумной оглаской… Современная боевая химия дает столько возможностей притравить тихо и незаметно, хоть на работе, хоть в доме! В любой момент, не дожидаясь, пока ко мне приедет дочь!
— Демонстрация возможностей…
— Каких? Оказаться самыми большими лохами, которые травили… и не дотравили? Кто такие «лохи», знаете?
— Я работаю со странами бывшего Советского Союза. — напомнил Большой Босс.
— В бывшем Советском Союзе за такую безобразную работу, я бы сам своих подчиненных… — он не закончил фразу, только махнул рукой. — Что за пафосная демонстрация в стиле «предателя родины везде найдем»? Меня «везде найти» можно уже десять лет, на одном и том же месте, не усугубляя ситуацию невинной жертвой! — он кивнул на дочь.
Ну, о том, что поднятая шумиха чем-то выгодна родному правительству, Босс подумал еще читая сообщения в сети. Но обсуждать это ни Гусляр, ни сам Босс не станут. Тягаться с собственным правительством Босс не собирался — просто не потянет. С иностранным, впрочем, тоже. Так что разговор все-таки закончится тем, что он извинится и отключится.
— Ладно, допустим, новое поколение диверсантов такие вот недоучки, что мы с Аленкой живы. — фыркнул Гусляр, явственно переживающий за низкое качество подготовки этого самого нового поколения. — Но денежки наши они ловко стащили!
— Что говорит полиция?
— «…them as pinched it done her in»[1] — процитировал Гусляр. — Те же агенты спецслужб: дескать, не предполагали, что мы выживем, вот и решили заодно подзаработать.
— Логика есть. — согласился Большой Босс.
— С наших счетов просто вывели все деньги. — тихо сказал Гусляр. — С использованием логина и пароля. Предполагаю, что с наших собственных телефонов.
— Телефоны пропали? — Большой Босс невольно подобрался.
— Нет. Были, когда нас доставили в больницу. Мой — в портфеле, Аленин — в ее сумочке. Приобщены к доказательствам.
— Их должны были смотреть эксперты. Транзакция проведена с них?
— Мы не знаем. Я спрашивал, но ответа не получил. — Гусляр развел руками.
— Все наши деньги. До последнего пенса. — Алена ссутулилась, зажав ладони между острых коленок. Две тонкие косички печально поникли. — Раз мы живые… надо на что-то жить. Мы вас даже не убийцу искать нанимаем, тут мимо полиции со спецслужбами все равно не протолкнешься! А на деньги им плевать, вот вы бы и занялись, а? Вы же, говорят, спец по сетевым ограблениям! А то даже за больницу заплатить нечем.
— Страховка… — начал Большой Босс.
— У нас нет страховки! — Алена подскочила на кровати, в демонстративном победном салюте вскидывая тощие руки. Рукава больничной пижамы сползли, открывая катетер капельницы у сгиба локтя. — В компах страховой компании наша страховка не обнаружена! Испарилась!
— Занятно… — протянул Большой Босс.
— А уж нам-то как занятно!
— Мы рассчитываем, что дома сохранился распечатанный полис. — вмешался Гусляр. — Моя племянница, Карина, поехала его искать.
— Племянница? — заинтересовался Босс.
— Приехала из Москвы. Это с ее планшета мы с вами разговариваем.
— Ух как Каринка на полицейских орала! — на сей раз восторг Алены был совершенно искренним. — Что мы тут жертвы, а они с нами как с преступниками: телефоны отобрали, доступа к компу не дают, хотя что с нами по сети могут сделать? Отравить через модем?
Большой Босс мог бы объяснить, как много с человеком можно сделать по сети… но не стал. Он такими сведениями на жизнь зарабатывает.
— Но с племянницей же вы как-то связались?
— Она сама примчалась. Виза у нее есть, долгосрочная, она же и раньше ко мне ездила. Мистер Большой Босс, нам действительно нужна помощь! Я знаю, гонорар у вас высокий, но у меня еще осталась недвижимость, тот самый дом. Нам все равно придется его продавать, чтобы покрыть счета. Так лучше мы рискнем, и заплатим вам, чтоб вы нашли наши деньги!
— Занятно… — повторил Большой Босс.
Попытка убийства, которую масс-медиа в один голос назвали делом рук иностранных шпионов… и ограбление, о котором масс-медиа не говорит ничего. Связаны они или нет? Если это все — разборки спецслужб, ему там делать нечего. А вот если неудавшееся убийство — и впрямь разборки спецслужб, а ограбление… ограбление мог совершить кто-то из посетителей паба… или работники скорой… или больницы… Телефоны жертв с банковским приложением, уверенность, что Гусляр и его дочь умрут, и никто ничего не узнает… Логин и пароль откуда? Вряд ли бывший шпион хранил их в том же телефоне. Он — нет, а дочь — могла. Он сам сходу назовет пять-шесть способов их разузнать. Хм, если убийство и ограбление — не одно, а два разных дела — можно попробовать! И цену назвать, не стесняясь.
Он уже собирался задать вопрос…
Густая темная тень накрыла экран, утопив во мраке сидящих на кровати отца с дочерью. Створка больничной двери стукнула об край тумбочки, экран дернулся, а мимо него вихрем пронеслось что-то стремительное, яркое, кажется, край юбки.
