– Знаю. Но рассказывать нечего. Мы с Кириллом не друзья, но и не враги.
– И всё же ты расстроена, – не спуская с меня глаз, утверждает папа.
– Немного. Но лишь потому, что хотела встретить Новый год с семьей. Втроем, – говорю часть правды. – Сейчас же даже рада, что мы приехали сюда. Здесь нереально красиво.
– Я готова! – появляется собранная мама, и отец, кивнув мне, завершает разговор.
Втроем мы спускаемся в ресторан отеля и, заняв предложенные места, изучив меню, поочерёдно делаем заказ.
Семья Кирилла и он сам появляются минут через десять.
Пока Волков-младший занимает место, я позволяю себе разглядывать его.
На парне темно-синие джинсы и светлый вязаный свитер, который очень ему идет.
Не знаю, специально ли, но Кирилл снова оказывается напротив меня. И это уже не удивляет, я лишь краем сознания отмечаю сей факт.
Испытывая некую неловкость под взглядом парня, незаметно ерзаю на стуле, пытаясь устроиться поудобнее, и снова избегаю встречаться с ним глазами.
Мне так проще. Спокойнее. Потому что стоит нашим глазам встретиться, и я мгновенно теряю всякий покой. Вижу в его глазах то, чего просто не может быть.
Под пронизывающим взглядом Кирилла кусок в горло не лезет, но я упрямо ем. Жую, практически не чувствуя вкуса. И я так сосредоточена на этом действии, что не сразу откликаюсь, когда ко мне обращаются.
– Доча, ты о чем так задумалась? – дотронувшись до моей руки, с улыбкой спрашивает рядом сидящая мама.
– Что? – вскинув на неё взгляд, смущенно переспрашиваю.
– Виктор Фёдорович спрашивает, какой вид спорта тебе нравится, – повторяет вопрос отца Кирилла мама.
– Простите. Я немного устала после перелета, – с извиняющейся улыбкой поясняю причину своей невнимательности отцу Волкова. И в ответ получаю ответную доброжелательную улыбку. – Мне нравится плавание.
– Здесь есть отличный бассейн. С подогревом. Тебе обязательно нужно туда наведаться. Там еще и гидромассаж есть, – опережая мужа, оживленно произносит Мария Сергеевна. – Кирилл тоже любит плавать. Да, сынок? Он с трех лет занимался с личным тренером. Но потом забросил.
– Даша тоже ходила на плавание. И делала успехи, – спокойно вставляет мой отец. – Но заниматься профессионально не захотела, и мы её поддержали.
– Кирилл, ты просто обязан показать Даше, где тут находится бассейн, – говорит Виктор Федорович, и я непроизвольно бросаю напряженный взгляд на парня.
– С удовольствием провожу и покажу. Даже не откажусь посоревноваться, если, конечно, Даша не против, – с очаровательной улыбкой отвечает Кирилл. И я в его глазах вижу вызов и веселье. А еще ожидание.
Хочет посмотреть, как я буду выпутываться? Мерзавец!
– Вызов принят, – отвечаю, в мыслях уже топя парня.
– Отлично. Пока дети будут плавать в бассейне, мы можем сходить в баньку. Кости погреть. Что думаете, дамы? – произносит Виктор Федорович, разливая вино.
– Мы за, – почти в один голос отвечают наши с Кириллом мамы.
– Встречаемся вечером, – наклонившись вперед, говорит Кирилл, пока родители планируют свой досуг.
Вместо ответа тянусь к стакану с соком и делаю щедрый глоток под немигающим взглядом парня.
– Струсила? – прищурившись, спрашивает Волков.
– Нет. Просто боюсь не сдержаться и утопить тебя, – отставив стакан, с ледяной улыбкой отвечаю.
– Я готов рискнуть, – ухмыляется он.
– А я нет. Твои родители приятные люди. Не хочется их расстраивать, – как можно тише, чтобы не дай Бог наш разговор не услышали родители, говорю Волкову. И он меня отлично слышит.
– Я ведь не отстану, – угрожает Кирилл. – Лучше сдайся сразу.
– Сдаться? – вскинув бровь, переспрашиваю.
– Смирись с тем, что ты принадлежишь мне.
– Я не вещь, чтобы принадлежать кому-то. Тем более тебе, – поддаваясь вперед, ближе к парню, сквозь зубы шиплю. При этом стараюсь со стороны выглядеть дружелюбной, чтобы создавалась видимость мирной беседы. – И вообще, с чего вдруг такой интерес ко мне, Кирилл? Поспорил, что ли?
– Я подобной ерундой, как спор на девушку, не занимаюсь, – твердо отвечает Волков, и у меня отлегает от сердца. Признаться, мысли о такой вероятности пробегали не раз.
– Тогда что тебе от меня надо?
Долгие секунды Кирилл молчит, внимательно вглядываясь в моё лицо, отчего я чувствую, как начинают теплеть щеки.
Не привыкла я к такому явному и пристальному интересу.
– Позже поговорим. Сейчас не время, – бросает Волков и, откинувшись на спинку стула, переводит внимание на беседующих родителей.
Мне ничего не остается, как только смириться с тем, что ответа так и не получу.
Испытывая легкое раздражение, продолжаю есть. И остаток совместного обеда прокручиваю в голове разговор с парнем.
Что он имел в виду, говоря «позже поговорим»? Когда позже?
После того как все заканчивают есть, расходимся по своим номерам отдыхать, чтобы восстановить силы к вечеру.
