Танки с бронетранспортёрами развернувшись в линию, пошли на нас в атаку, а следом за ними и пехота, выгрузившись из грузовиков, которые высадив пехотинцев, рванули назад. Буквально на моих глазах поле покрывалось кострами горящей немецкой техники. Не смотря на потери, немцы ещё продолжали двигаться вперёд, а следом за танками, шли бронетранспортёры и пехота, которая укрывалась за их бронёй. Для стрелкового оружия было ещё достаточно далеко, а потому и молчала моя пехота. К тому моменту, как немцы подошли на километр к селу, уже с половину их танков горели, а это около двух десятков машин. В этот момент по моему приказу в бой вступили и противотанкисты и не доходя буквально пары сотен метров до села, взорвался последний немецкий танк, после чего уцелевшие бронетранспортёры и немецкая пехота начали отступать. Ещё, когда немцы дошли до полукилометра, в бой вступили пулемётчики, правда исключительно со станковыми пулемётами, а по мере приближения противника и ручные. Потери у меня пока были совсем маленькие, сказывалось то, что все орудия были замаскированы, а кроме того их было много, да и немцы к этому моменту уже понесли достаточные потери. В основном их ответный огонь пришелся на окраинные дома и другие постройки, и многие из них к этому моменту горели.
Как только немцы потеряв все свои танки, которых было около четырёх десятков, начали отступать, я дал отмашку на контратаку. Вперёд двинулись уже мои бронетранспортёры, а следом за ними пошла пехота, одновременно с этим с фланга в атаку пошёл второй батальон с бронеротой, он по сути просто отрезал немцам путь к отступлению, хотя и не оказался прямо у них за спиной, но тем не менее ему не мешали вести огонь подбитые танки противника. Поняв, что им просто не дадут уйти, а огневая мощь просто с лёгкостью подавит любое их сопротивление, остатки немцев стали сдаваться в плен. Бронемашины рванули в погоню за немецкими грузовиками, к ним же присоединились и мотоциклы, два десятка с пулемётами в колясках лихо обогнали в конце поля бронемашины и рванули вперёд. Час спустя они вернулись с четырьмя десятками трофейных грузовиков, причём вели их сами немцы. Догнав колону, мотоциклисты по полю её обошли и стреляя трассирующими патронами поперёк курса, заставили немецких водителей остановится. К этому моменту подоспели и бронеавтомобили, так что тщательно осмотрев все машины, немецких солдат разоружили и заставили ехать назад. Где было моим бойцам в этот момент взять четыре десятка водителей для трофеев, а поскольку в основном мотоциклисты были из разведки, то и знатоков вражеской мовы среди них было несколько. Когда тебя ставят перед выбором, немедленный расстрел или плен, но в плен ты должен ехать сам, на своём грузовике, то выбор для обычных солдат, не фанатиков, очевиден. Вот и приехали в плен немцы на своих собственных грузовиках, и у меня одной головной болью меньше станет, всех пленных немцев в эти грузовики и посажу и все вместе к сборному пункту и приедем.
Подполковник Строев.
Весь бой занял около получаса, от того момента, когда за околицей грохнули гаубицы, и как уцелевшие немцы стали сдаваться в плен. Но больше всего его впечатлило, когда примерно через час, как всё окончилось, в село вернулись бронеавтомобили и мотоциклы, привезя с собой четыре десятка немецких грузовиков, причём управляли ими сами немцы. Сам Строев даже и не ожидал, что всё кончится так быстро и полным уничтожением противника. Такое было впервые в его жизни, теперь становилось понятно, что лейтенант ни сколько не врал, такой действительно чёрта из ада притащит и работать заставит.
— Ну что, Никита Иванович, теперь веришь лейтенанту, что он за пару недель из остатков своей роты батальон сформировал. Полчаса, и танкового батальона немцев при поддержке батальона мотопехоты как ни бывало, а собственные потери мизерные. Да мне хотя бы пару таких лейтенантов в полк, и я ни каких немцев никуда не пропустил.
— Да… — Только и произнёс капитан Щукин, теперь он тоже понимал, что лейтенант не врал и ни какое внедрение не стоит таких потерь, тем более, что лейтенант тактик, а не стратег и в штабах сидеть не будет.
Лейтенант Прохоров.
