"Ну, - сказал Патрушев, - вы знаете, мы, русские, может быть, и не в состоянии конкурировать с Соединенными Штатами в экономическом плане, но не стоит недооценивать нашу военную модернизацию. Мы модернизировали свои вооруженные силы за последние два десятилетия. Мы можем конкурировать в военном отношении".
"Я бы не стал недооценивать серьезность послания, которое я передаю", - сказал Бернс. Он не собирался вступать в перепалку по поводу того, чьи вооруженные силы превосходят другие.
Очередная волна коронавируса только что обрушилась на Москву, в которой был введен строгий комендантский час. Путин, которого американские разведчики характеризуют как боязливого и почти параноика, боящегося заразиться вирусом, изолировал в свой дворцовый комплекс повышенной секретности в Сочи на побережье Черного моря, примерно в 1000 милях к югу от Москвы. Бернсу сообщили, что Путин поговорит с ним по телефону.
Главный советник Путина по внешней политике Юрий Ушаков встретил его в своем кабинете, примыкающем к Кремлю. Ушаков оставил Бернса одного в комнате. Зазвонил телефон.
Бернс сразу же узнал голос Путина. Путин вспомнил, как 14 лет назад Бернс был послом в Москве, а затем, казалось, стал ждать, когда Бернс передаст свое сообщение. Он почти наверняка был предупрежден Патрушевым о предстоящем разговоре.
Бернс хотел быть откровенным с российским президентом.
"Мы встревожены тем, что вы всерьез задумываетесь о крупном вторжении на Украину", - сказал Бернс. "Это было бы ошибкой.
"Если вы это сделаете, вот что мы сделаем", - продолжал Бернс, излагая, как президент поручил ему сделать то, что они видели, и какие жесткие меры предпримет Байден в ответ.
Путин не перебивал. Казалось, он внимательно слушал, как Бернс излагал последствия.
"Мы собираемся сплотить Запад, мы собираемся применить суровые экономические санкции, сокрушительные экономические санкции, - сказал Бернс. Украина - суверенное государство. Мы будем продолжать поддерживать Украину. Мы скорректируем наши силовые позиции в Европе".
"Я не угрожаю вам, я просто говорю, что вот что мы сделаем в ответ, и вы должны это знать", - сказал Бернс. "Те последствия, с которыми вы столкнулись в 2014 году, будут ничто по сравнению с тем, что мы готовы сделать сейчас". В 2014 году, когда Путин вторгся в Крым, реакция Запада была медленной, слабой и разделенной. По данным разведки, Путин ожидал того же самого и в этот раз.
Соединенные Штаты позаботятся о том, чтобы вся российская банковская система была исключена из Swift, - продолжил Бернс, имея в виду глобальную систему связи, используемую банками для беспрепятственной и безопасной быстрой передачи денег с кодовым кодом.
Ежедневно Swift отправляет около 40 миллионов сообщений, обеспечивая надежный перевод триллионов долларов между тысячами банков. Отказ от системы Swift нанесет серьезный ущерб российским банкам, поскольку им придется создавать собственную систему банковских коммуникаций - трудоемкая и практически невыполнимая задача.
"Мы собираемся изолировать вас дипломатически и помочь Украине защитить себя", - сказал Бернс.
Путинская часть разговора была довольно продолжительной и для Бернса представляла собой привычное изложение убеждений Путина в отношении Украины и его самоуверенности в том, что Россия способна навязать Украине свою волю.
"Украина слаба и разделена", - утверждал Путин. "Это не настоящая страна. Интересы России требуют, чтобы мы контролировали выбор Украины".
Путин полностью отверг Зеленского как политического лидера и повторил свои обычные жалобы на нелегитимность украинского правительства и возможное расширение НАТО. Он утверждал, что этнические русские в Украине подвергаются дискриминации и преследованиям.
Тон российского президента не был защитным или извиняющимся. Путин также не попытался оспорить описание директором ЦРУ подготовки России к конфликту. Бернсу показалось, что Путин действительно верит во все, что говорит об Украине, и что его склонность к риску возросла.
Бернс спросил Путина: "С силами в 180-190 тысяч человек как вы собираетесь контролировать страну с населением 44 миллиона человек, которая не хочет, чтобы ее контролировала Россия? Как вы собираетесь с этим справиться?"
Путин не ответил.
Бернс всегда считал, что Путин зациклен на контроле над Украиной. Путин, казалось, не верил, что сможет стать великим российским лидером, если не сделает Украину частью России.
В Москве Бернс также встретился с Александром Бортниковым, главой ФСБ, который, по данным разведки, принимал самое непосредственное участие в принятии решений о начале войны. Он также оказался не в восторге от ясности США относительно их военных планов.
Другие люди, с которыми встречался Бернс, например Сергей Нарышкин, глава Службы внешней разведки, похоже, не знали о планах российского вторжения.
Эрик Грин и Карен Донфрид, присутствовавшие на некоторых встречах с Бернсом, уловили, что русские чувствуют себя пресыщенными после вывода войск США из Афганистана.