Ее взяли в плен…, она не успела перезарядить болтер и пустить себе заряд в голову. Ее оглушили станером и она очнулась только через несколько часов. Все это время ее несли вслед за передовым отрядом темных эльдар рабы, которых те захватили еще до прибытия Сестер. Еще месяц Темные переходили с места на место, при каждой остановке высылая ударную группу в недружелюбные дебри планеты. Почти всякий раз возвращение этих групп праздновалось на гладиаторской арене, а сами Темные все чаще и чаще заговаривали о триумфальном возвращении в Коммораг, их родной город, где они предвидели победу над правившим там Архонтом Кабалы Черного Сердца.
Первое время новоиспеченные пленники были удивленны, что ужасные рассказы о пытках и экспериментах, которым гомункулы подвергают рабов оставались лишь рассказами, пока рабы со стажем, более сведущие в извращенной психологии темных, не объяснили, что рабов не терзают на марше (с обколотыми наркотиками и мутагенами пленниками слишком много хлопот), они позволяют себе лишь покромсать мужчин на арене, изнасиловать женщин где придется и пройти процедуру общения с Гомункулом, который заранее определял для каких опытов ему пригодится тот или иной раб. Основной процесс «работы» с рабами проходил в кабале Архонта, организовавшей поход, в родном мире Темных – городе без законов и правил, в сумрачном Коммораге.
Уже тогда Ристелл заметила особое отношение к Сестрам Битвы, хоть их и избивали и водили на допрос к Вормасу и даже отдали Элинен на утеху одному из разведчиков, все же их старались беречь. Вопреки ожиданиям, рабы не таили злобу на пленных воительниц из-за такой несправедливости, напротив, они все были уверены, что в свое время Сестрам доведется испытать все возможности Гомункула Вормаса и всю науку Темных о мучениях и боли.
Теперь Ристелл, верная слуга Императора и Инквизиции, Сестра Ордена Священной Розы, возглавившая новый Орден Алмазной Ярости, ученица сильнейшего инквизитора Ависантера Кхана, потерпев поражение в битве с ордами Темных Эльдаров, нежится в душе Архонта Кабалы Ледяной Крови. В то время как ее Сестры и другие рабы прикованы цепями к Опустошителю, изнывают от холода и голода.
От этой мысли у Ристелл возникло страстное желание вырвать себе глаза, что бы не видеть этих образов, этой отвратительной правды. «…И это все? Все, что заставляет таких как ты отворачиваться от неприятной правды!?» - Эти слова Архонта, всплывшие в памяти канониссы, вызвали очередной приступ душевной боли.
Ристелл оперлась на стенку душевой и закрыла глаза, внезапный спазм заставил ее согнуться и упасть на колени. Боль разрывала ее внутренности, ее вырвало кровью, которая смешавшись с водой медленно утекала в сток. Глядя на красные разводы канонисса вспомнила первый кровавый поцелуй Архонта. Тогда она решила, что это просто проявление его извращенной ярости, но он так часто упоминал о проклятии своего народа, проклятии своей крови, что она начала опасаться, что и сама теперь проклята. Она вспомнила свое ментальное путешествие в Варп, когда ее душой чуть не завладел Слаанеш. Она молилась Императору, что бы кровь Архонта растворилась в ее теле вместе с ядом Унзевисса.
Ристелл села на полу и оперлась о стену. Вода все также стекала на ее измученное тело, но не приносила никакого облегчения. Ристелл поняла, что обречена. Не имеют значения ее мотивы, когда в ее теле побывала кровь Темного эльдара, а память навсегда запечатлела короткое путешествие в обитель порочного бога, она автоматически переходит в разряд тех, на кого когда-то охотилась сама. Не имеет значения ее вера в Императора, которая ни капли не уменьшилась. Для Инквизиции и Эклезиархии Канониса Ристелл Элинерис – еретик. Возможно даже Ордо Ксенос и Ордо Малеус изъявят желание поучаствовать в ее низвержении.
Эта мысль даже успокоила канониссу. Теперь она знала, что путей отступления у нее нет и даже если ее возлюбленный Мастер сумеет одолеть армию Архонта Реоса, до того как ее отправят в Коммораг, он не сумеет ее защитить от правосудия Инквизиции. Единственное, что ей оставалось, это узнать про Сердце Мира, узнать тайну ключа к нему (возможно удастся украсть его или уничтожить) и попытаться освободить пленников, пока они не попали в руки Гомункула Вормаса. К беспомощным рабам, измученным голодом и пытками Инквизиция отнесется более
снисходительно, а уцелевшие Сестры Алмазной Ярости находятся в не лучшем положении, чем простые рабы. Возможно и
они избегут сурового приговора Ордосов.
У Ристелл была последняя возможность послужить Империуму.
У нее нет времени на сомнения. Когда любой выбор приводит к
смерти, остается выбрать самую достойную. Если свою жизнь она уже проиграла, то все что она может это попытаться спасти чужие.
