— О да. Я могу уверенно сказать, что наши дочери вырастут сильными женщинами, — угрюмо говорит Луи.
— Папа! Собери мои волосы! — вдруг требует Джесс, указывая на свои волосы.
Луи стонет приблизительно минуту, прежде чем он тащится из кухни, чтобы, возможно, взять фен со второго этажа. Гарри покачал головой, улыбаясь себе. Он кладет блины, которые он сделал ранее, на тарелку и ставит на стол перед дочерьми.
— Теперь кушайте. У вас должно быть достаточно энергии для своего первого дня в школе. — конечно, Гарри думает, что в его дочерях больше, чем достаточно энергии, но он не может их не кормить.
Близняшки начинают опустошать свои тарелки, когда Луи возвращается. Гарри дарит ему быстрый поцелуй в губы и Луи улыбается.
— Они действительно вредные, не так ли?
Гарри посмеивается.
— Это у них от тебя.
Луи усмехается.
— Я даже не буду отрицать это, — затем он приступает к работе, собирая волосы Джен первой, пока она ест. Джесс, с другой стороны, не может перестать говорить даже с полным ртом.
— Как вы думаете, у Джен и меня будет много друзей? Они разлучат нас? А есть детская площадка? Мне нравятся детские площадки. Папочка, не ты ли говорил, что ты и Папа тоже встретились на детской площадке?
Гарри улыбается на это, его грудь сжимается на слова дочери. Энн и Джей были теми, кто сказал девочкам, что они думают, что Луи и Гарри родственные души, и с тех пор Джесс и Джен были заинтересованы в поиске собственных.
Гарри подходит к Джесс и вытирает сироп, который размазался в уголке ее рта, большим пальцем.
— Кто знает, милая? — говорит он, слегка сжимая щечку своей дочки. — Может быть, вы встретите.
Джесс, кажется, довольна ответом, поэтому она усмехается и возвращается к еде.
— Ой, не закладывай идеи ей в голову, Стайлс, — говорит Луи, и Гарри смотрит, чтобы увидеть, как он завязывает зеленые бантики на косичках Джен. — Им только семь.
— И что? Мне было восемь, когда мы встретились, — указывает Гарри, перед тем как ухмыльнуться. — И это, Томлинсон, так, к сведению. Было годами.
Луи закатывает глаза, но Гарри может сказать, что он просто дразнит.
— Ладно, ладно. Гарри Томлинсон, тогда.
— Моя очередь, Папа! — требует Джесс, когда видит, что прическа Джен готова, махнув вилкой на Луи. — Я хочу такое же, но с голубыми ленточками!
Луи делает вид, что задумывается на мгновение, из-за чего старшая дочка дуется. Гарри усмехается и возвращается к упаковке обедов, и он поворачивается как раз во время, чтобы увидеть, как Дэн потянулся за одним из бутербродов.
— Дэниэл! Это не для вас, молодой человек.
Дэн просто смотрит на него большими зелеными глазами. Он убирает руку назад через мгновение, и говорит:
— Прости, Па.
Гарри хихикает, тыкая Дэна в животик и заставляя мальчика завизжать от смеха. Он стучит по рукам Гарри, хихикая, и сердце Гарри плавится при этом звуке.
— Па! Помоги! Па щекочет!
Джесс и Джен хихикают, и даже Луи посмеивается. Гарри поднимает Дэна на руки и целует мальчика в макушку. Дэн прижимается к его рукам, и в этот момент — с его дочками, готовыми идти в школу, вместе с сыном на руках, и с мужем, улыбающимся ему — Гарри думает, что он не мог и просить большего.
-
На свой тридцать восьмой день рождения, Гарри берет свою семью на поездку домой.
Площадки больше нет, а на ее месте теперь часть небольшого парка, который, по-видимому был построен там некоторое время, пять лет, назад. Гарри немного грустно от этого, если он будет честным. Он хочет показать своим детям точное место, где он и Луи впервые встретились, хочет рассказывать им об этом снова и снова, сидя у низа горки.
Луи утешительно потирает его плечи.
— Там ничего нет, мы не можем ничего сделать, милый.
Гарри вздыхает, опираясь на Луи.
— Я хотел, чтобы дети увидели горку, о которой я всегда им рассказывал.
Луи сжимает его плечи, целуя макушку Гарри.
— Ты слишком не расстраивайся из-за этого, ладно? Это не хорошо для ребенка, — говорит он, тихо положив свою свободную руку на живот мужа.
— Я всего лишь на пятой неделе, Лу, — говорит Гарри.
— И все-таки, — тихо утверждает Луи, подталкивая носиком щеку Гарри. — Я не хочу, чтобы ты расстраивался в свой день рождения, милый.
Гарри вздыхает.
— Хорошо, — он откидывается на спинку скамейки, на которой они сидят, продолжая дальше прижиматься к Луи для тепла. По-прежнему холодно, несмотря на то, что снег больше не идет. Он думает, что они не должны долго оставаться на улице.
Луи гудит, дергая несколько локонов, которые выглядывали из-под шляпы.
— Ты когда-нибудь думал, что мы закончим все так?
