— Наверно потому, что моя одежда испачкана кусками котлет с макаронами. — ответил он, подходя ближе ко мне. — Я только хотел спросить, могу ли воспользоваться вашей стиральной машинкой?
— Конечно. — кивнула я, борясь с желанием взглянуть на него.
— Спасибо. И, Эми, — добавил он, прежде чем уйти, и я, наконец, посмотрела на него, держа взгляд на его глазах. — ты бы так не смущалась, если бы мы сходили в душ вместе.
— Ты невыносим! — воскликнула я, и закинула в него подушкой, после чего он, смеясь, скрылся за дверью ванной.
Прежде чем он успел выйти, замотанный в своем невыносимом полотенцем, я передала ему костюм своего отца, чтобы нам обоим было легче до тех пор, пока его одежда не отстирается.
— Я выгляжу, как солидный идиот. — пробурчал Найл, выходя из ванны, чем вызвал у меня смех. Он и вправду выглядел смешно в этой темно-малиновой рубашке моего отца, которая, к слову, была ему велика. — Если ты продолжишь надо мной смеяться, я разденусь обратно. — пригрозил он, и я прикрыла рот рукой.
— Прости. — сквозь смех выдавила я.
— Я серьезно. — и он начал расстегивать пуговицы.
— Ты шантажируешь меня стриптизом? — насмешливо заметила я.
— Почему бы и нет? — пожал он плечами, после чего что-то вдруг резко привлекло его внимание. — Ты играешь?
— Что? — не поняла я и проследила за его взглядом. Кажется, он имел в виду гитару, стоявшую в углу моей комнаты. — Эм… нет, но мама играла. — ответила я.
Ничего не ответив, он молча направился к гитаре, после чего взял ее и начал проводить по струнам, будто проверяя их.
— А ты играешь? — задала я ему его же вопрос.
— Ну… — он в очередной раз провел по струнам, и издавшаяся мелодия вмиг разнеслась по комнате. Найл посмотрел на меня и неожиданно, под звуки играющей гитары, раздался его нежный голос. — У меня есть девушка одна, когда я с ней, то замирает время, как только она глянет на меня… — он сделал паузу, и моё сердце остановилось. — из её рта течет огромная слюня. — закончил он и засмеялся.
— Не правда! — возмутилась я.
— А когда она возмущена, ее тон пискляв, как никогда. — продолжал он.
— Заткнись! — я была смущена и, в какой-то мере, зла и обижена.
— Не обижайся, детка, на меня, ведь просто я люблю тебя. — закончил он, и на этот раз мое сердце действительно остановилось.
«Я люблю тебя» — эхом воспроизвелось в моей голове.
Найл, похоже, понял то, что только что произошло, и улыбка на его лице начала медленно угасать. Он отложил гитару и поднял на меня внимательный взгляд. Я должна что-то сказать или сделать, а не сидеть здесь, как парализованная. Человек только что признался мне в любви. В любви. А я сижу здесь и не знаю, что делать.
— Я… я… — «тоже люблю тебя», ну же, Эмили, что в этом сложного?
— Нет. Ты не должна. — вмиг остановил меня Найл.
— Но…
— Если ты не можешь, значит ты ещё не готова. Не нужно выдавливать из себя это. Я тебя ни к чему не принуждаю, хорошо? — ответил он, и я медленно кивнула, опуская свой взгляд. В его голосе был странный намек на боль, и мне от этого стало плохо. Ну почему мне опять нужно было всё испортить?
Тут Найл подошел ближе и поцеловал меня в лоб. Этот поцелуй был нежным и медленным, как будто он старался передать через него все свои чувства, чтобы я тоже смогла ощутить их, и я действительно могла, но непонятная боль всё равно окутала моё сердце, как будто это одно из чувств, которое пытался передать Найл.
— Мне нужно идти. — быстро проговорил он и отстранился.
— Найл. — остановила его я, и он обратил на меня взгляд. — Увидимся в школе?
— Конечно. — еле улыбнулся он, после чего быстро переоделся в свою одежду и ушел.
Увидимся в школе? Серьезно? О боже, я ужасный человек. Мне действительно очень сильно нравится Найл. Нравится…. он мне нравится.
Закрываю лицо руками, вздыхаю и падаю на кровать от безысходности.
POV Найл.
Я не виню её и не жалею о своих словах. Ей просто нужно время. Она слишком долгое время была одна, поэтому ей нужно время. Но меня не покидает одна мысль, которая скребется в моей голове, не давая покоя. Она могла быть не готова только потому, что ей до сих пор нравится Стайлс, каким бы он не был мудаком. Любовь не так уж и легко забыть. Черт, если бы она только знала, что он собирался с ней сделать, но она не узнает. Ни в коем случае. Это принесет ей боль, а я не хочу, чтобы она чувствовала боль. Я хочу видеть, как она широко улыбается, громко смеётся, хочу видеть блеск в ее глазах, хочу, чтобы она жила, по-настоящему жила.