Почему? Почему он ушел? Почему оставил меня одну посреди хаоса? Разве он не должен был остаться со мной, когда я как никогда нуждаюсь в его присутствии? Я даже не пыталась сдержать удушающих слёз, которые градом лились с моего лица. Я хотела, чтобы он вернулся. Чтобы дверь передо мной неожиданно распахнулась, и там оказался он. Чтобы он сказал, что всё будет хорошо. Один лишь его голос может спасти меня, но всё, что я слышу сейчас, это уличный хаос и его эхо в моей голове. Моя боль невыносима.
Но он вернётся. Он должен вернуться, просто сейчас нам обоим приходится тяжело, но он не оставит меня. Нужно лишь подождать хотя бы до завтрашнего дня, а потом я найду его. Он простит меня. Я знаю, он разочарован. Очень разочарован, но он должен понять, я не настолько сильна, как он предполагал. Я была в отчаянии, я и сейчас в глубоком отчаянии, чем была раньше, но я не хочу повторять свою ошибку. Хотя бы сейчас я постараюсь быть сильной ради него.
***
Я просыпаюсь из-за грохота исходящего с первого этажа. Должно быть, я даже не заметила, как уснула. На часах всего 5:30, кого занесло сюда в такую рань? По голове неожиданно бьёт идея того, что возможно это Найл, после чего я мигом спрыгиваю с кровати и бегу вниз.
Странно. Клянусь Богом, я слышала грохот, но сейчас здесь никого. Обрывки прошлого дня постепенно складываются в моей заспанной голове, и я вспоминаю вчерашний погром. Вдруг ко мне взобрался один из воров? Немного помешкавшись на месте, я взяла дорогую вазу, находившуюся не далеко от меня. Не самое лучшее средство самозащиты, но хоть что-то.
— Кто здесь? — дрожавшим голосом проговорила я. — Предупреждаю, я вооружена и вызвала полицию!
Знаю, это звучит смешно, но раздумывать над этим у меня просто не было времени.
Вдруг из темноты выскакивает чья-то тень, и я, взвизгнув, бросаю вазу в стену прямо над головой незнакомца, который успевает пригнуться.
— Эй, полегче! Так и убить можно! — начинает возражать знакомый голос.
— Зейн? О, Боже, прости! — я не думая, подбегаю к нему, чтобы узнать всё ли в порядке. — Ты до чёртиков меня напугал.
— Всё хорошо. — уверяет он, вытянув перед собой руку, чтобы остановить меня.
— Прости. Что ты здесь делаешь? — решаю поинтересоваться. Я знаю, что ему можно доверять, но почему-то меня заполняет доля сомнения.
— Найл сказал, чтобы я забрал тебя отсюда на первое время. Здесь может быть опасно. — говорит он, но я ничего не могу понять.
— Где сам Найл? — спрашиваю я.
— Понятия не имею. — отвечает Зейн.
— В каком смысле, ты понятия не имеешь? — я начинаю сильно волноваться.
— Он сказал мне забрать тебя и ушёл, должно быть в Bad Bull, разбираться с Фрэнком. — объясняет он.
— Отлично, значит идём туда. — ободряюще произношу я и направляюсь к выходу, но тут Зейн останавливает меня, мягко обхватив за запястье.
— Прости, он строго заявил, что тебе туда нельзя. — предупреждает он.
— Я знаю, что он зол на меня, но нам нужно поговорить. — отвечаю я.
— С чего ты взяла, что он зол на тебя? — с насмешкой спрашивает Зейн.
— Не знаю, выглядело, как будто так и есть. — ответила я, пожав плечами.
— Он зол не на тебя, а скорей, наверно, на себя. Что бы между вами не произошло, он бы не смог на тебя злиться.
Его слова вмиг обретают смысл. Конечно, Найл теперь во всём винит себя, хотя это мои ошибки. Он не должен испытывать вину за то, к чему совершенно не причастен. Это моя проблема, он должен это знать.
— Тогда нам тем более стоит поговорить. — отвечаю я.
— Найл убьёт меня. — почти жалобным тоном произносит Зейн.
— Поверь, Зейн, у него не будет на тебя времени. Поехали в Bad Bull. — не дожидаясь ответа, я направляюсь к выходу.
— Блин. — приглушенно ругается Зейн в поражении.
На улице довольно прохладно. Район окутан утренним туманом, будто скрываясь под тонким слоем морозного воздуха от вчерашних людских грехов. Странно, но внутри меня почти то же разрушение, замаскированное под маленький слой надежды на искупление.
У обочины я замечаю мотоцикл, и по телу вмиг пробегает дрожь. Неужели мы поедем на этом? Раньше я никогда не ездила на таком, даже в мыслях не было. Я всегда считала этот транспорт опасным, размышляя о том, что создатель данного средства передвижения безумец. Сейчас же безумие в моей жизни имеет куда больший смысл, чем я могла предполагать ранее. Последние несколько дней оказались на столько безумными, что это начало входить в привычку, и я ни капли не жалею, что так случилось, следовательно в этом мотоцикле нет ничего более безумного и опасного, чем то, что со мной происходило ранее.
— Мы поедем на этом? — интересуюсь я, указывая на мотоцикл.
— Да, надеюсь, ты не наложишь в штаны, прежде чем мы на него сядем. — с насмешкой заявляет Зейн, на что я закатываю глаза.
— Не беспокойся об этом. — язвительно отвечаю я, и он начинает смеяться, бросая мне в руки шлем. Надев его, я располагаюсь на заднем сиденье и хватаюсь за кожаную куртку Зейна.
Как только мотоцикл трогается с места, я подскакиваю на месте и крепче сжимаю куртку, после чего чувствую лёгкую вибрацию со спины Зейна, что явно означает, он надо мной насмехается.