Еще одним фронтом ЦРУ, в котором участвовал Имбри, была Worldwide Information Services, коммерческая новостная сеть, созданная в 1958 году и опиравшаяся на газетные стрингеры; она также предоставляла услуги по коммерческой разведке и исследованию рынка. Ее штаб-квартира находилась на Первой авеню, 660, в Нью-Йорке; кроме того, имелась европейская база на улице Верне, 17, в Париже, и японская база в Токио. Как и Overseas Regional Surveys Associates, она обеспечивала идеальное прикрытие для агентов ЦРУ. В 1963 году Имбри стал начальником бюро Всемирной информационной службы в Париже.
Всемирная информационная служба предоставляла отличные возможности для установления контактов с важными персонами из Африки. "Я занимался всеми многочисленными африканскими агентами", - вспоминает Имбри. Попробуйте встретить африканца на улице: все в Африке, и белые, и черные, играли свою роль. Но если чернокожий оказывается проездом в Париже, его можно встретить в кафе, в кино, где угодно, и никто ничего не подумает". Имбри регулярно работал с десятью-четырнадцатью агентами из разных частей Африки. Если у кого-то возникали проблемы с агентом, они отправляли его в Париж, и Имбри проводил с ним беседу: "Это была моя роль". После Парижа он переехал в Бельгию, а затем в Рим.
И Имбри, и Вашингтон Окуму дали интервью ближе к концу жизни, показав резкие различия в их опыте работы на ЦРУ. Имбри был карьерным специалистом ЦРУ, получал зарплату, медицинское обслуживание и пенсию. Судя по всему, он получал удовольствие от своей работы; он был уверен в себе и гордился тем, чего добился. Работа Окуму на ЦРУ заставляла его чувствовать себя очень уязвимым. Она была менее предсказуемой, чем у Имбри, гораздо менее подконтрольной ему и гораздо более опасной. В своих интервью Джейкобсу он неоднократно упоминал о страхе перед покушением.
Окуму никогда не терял своих панафриканских идеалов, которые легли в основу его первой книги "Конго Лумумбы: Корни конфликта" (1962). Предисловие к книге написал гарвардский профессор политики и международных отношений Руперт Эмерсон, который описал Окуму как "сердитого молодого африканца", слишком националистически настроенного, чтобы быть способным на беспристрастную критику Лумумбы или деколонизации.
Окуму старался подчеркнуть, что Лумумба был "первым демократически избранным премьер-министром" Конго. Имбри, однако, презирал Лумумбу. Он считал, что у Лумумбы были "связи" с коммунистами, хотя по своей идеологии он не был коммунистом. Коммунизм, - говорил Имбри, - в большинстве стран Африки значит не так уж много. Политическое развитие большинства людей не .... На уровне деревень уже были коммунисты [смеется]. Так они и жили".
В 2002 году Окуму опубликовал "Африканское возрождение", толстую и подробную книгу, в которой излагается оптимистическое видение будущего Африки и пропагандируется развитие науки и технологий; в ней говорится о его связи с Институтом африканского возрождения, расположенным в Ботсване. В книге Африка описывается как колыбель человечества, "но при этом самый бедный континент", испытавший на себе ужасы атлантической работорговли. В ней подробно описывается видение и достижения Всеафриканской народной конференции в Аккре в 1958 году и Нкрумы: "Как и Нельсон Мандела, он, возможно, является одним из самых значительных лидеров Африки. У Нкрумы было острое восприятие общей судьбы народов третьего мира. Хотя он был панафриканистом, его видение было интернационалистским. Во многом именно его понимание международного характера классовой борьбы превратило его в столь сильного защитника панафриканизма". Послание Нкрумы "об освобождении, хотя и основанное на опыте Африки", настаивает Окуму, "глубоко универсально; отсюда его вдохновение черным ренессансом в терминах африканского национализма".
Такая позиция резко контрастировала с позицией подручного Окуму, Говарда Имбри. Для Имбри панафриканизм и неприсоединение были примерно тем же, что и коммунизм. Говоря об Организации Объединенных Наций и В. К. Кришне Меноне, который был послом Индии в ООН в 1952-1962 годах и был близок к Неру, Имбри заявил: "Мы действительно ненавидели их". Затем он кисло добавил, что Менон "придерживался антиколониальных взглядов. Поэтому я уверен, что он и Кваме Нкрума очень хорошо ладили".
