Из Аккры Нкрума следил за развитием событий и передавал советы через своего личного посланника в Конго Эндрю Яу К Джина, бизнесмена, известного своей осторожностью. Нкрума призвал Лумумбу содействовать избранию Касавубу главой государства, мотивируя это тем, что народ баконго слишком важен, чтобы его отбрасывать. Лумумба последовал его совету.
Джозеф Илео был назначен председателем Сената. Он был одним из политиков, которым Имбри передавал деньги. "Парня, за которым мы следили, - с презрением вспоминал Имбри в одном из двух интервью, данных им в 2001 году, - звали Джозеф Лахо [как слышит стенографист], и я считаю его сумасшедшим".
Высокопоставленные лица в Вашингтоне также внимательно следили за развитием событий. Хотя они были обеспокоены избранием Лумумбы, президентство Илео они расценили как хороший результат. На заседании Совета национальной безопасности Чарльз П. Кейбелл, генерал ВВС, который был заместителем директора ЦРУ, "вкратце упомянул о факте избрания Джозефа Илео на пост президента Сената Конго". Он выразил удовлетворение тем, что ЦРУ оказывает влияние на таких людей, как Илео, выделяя им средства. Он напомнил присутствующим, что Илео уже находится под определенным влиянием США. Возможно, - сказал он, - мы добились определенного влияния на этого потенциально полезного человека".
29 июня 1960 года король Бодуэн прибыл в Конго для участия в церемонии провозглашения независимости на следующий день. Когда его везли из аэропорта, его свита притормозила, чтобы дать ему возможность встать и отдать честь флагу почетного караула Публичных сил на обочине дороги. Внезапно из толпы, выстроившейся вдоль дороги, выбежал элегантно одетый мужчина по имени Амбруаз Буамбо, бывший солдат, с гордостью носящий свои медали, и выхватил шпагу Бодуэна из ножен Это был не акт личной агрессии против Бодуэна, а мощный символ передачи власти. Немецкий фотожурналист Роберт Лебек, находившийся в тот момент рядом, сделал серию фотографий, запечатлевших этот эпизод. Бельгийские и конголезские жандармы повалили Буимбо на землю и бросили в полицейский джип. На следующий день он был освобожден.
Утро 30 июня 1960 года в Леопольдвиле было прохладным и ясным. Пушки дали салют, провозглашая свободу четырнадцатимиллионного населения страны. Церемония провозглашения независимости проходила в здании парламента - Дворце нации, который выходил окнами на реку Конго с видом на Браззавиль на противоположном берегу. Перед зданием стоял памятник Леопольду II, мимо которого конголезцы, присутствовавшие на церемонии, должны были пройти внутрь. Попав внутрь, они должны были пройти мимо бронзового бюста Леопольда II. Все это было болезненным напоминанием об истории Конго.
Ева Блуэн, дочь Андре Блуэна, которая тогда была еще ребенком, ярко вспоминает этот день: "Я забралась на тамариндовое дерево, затенявшее наш двор, чтобы увидеть безумие на улицах. Толпы бельгийцев и конголезцев собрались, чтобы увидеть молодого короля Бодуэна Первого, который приехал в Конго по случаю праздника.... С самых высоких веток мы могли видеть колонну официальных черных кабриолетов, которые следовали за королем Бодуэном в собор Сент-Анн на празднование Te Deum, а затем направлялись во Дворец нации, где должна была состояться официальная и торжественная церемония провозглашения независимости". Далее она вспоминает: "Из динамиков на улицах Леопольдвиля звучала популярная песня "Indépendance Tcha Tcha" в исполнении Гран Калле и его африканского джаз-бэнда".
Среди гостей Дворца нации был Ральф Бунче, который присутствовал в качестве представителя Организации Объединенных Наций, как и во время празднования независимости Ганы в Аккре в 1957 году. Были делегации из СССР и США; американскую группу возглавлял Боб Мерфи, офицер дипломатической службы, который был послом США в Бельгии в 1949-1952 годах.
На короле Бодуэне была его шпага, полученная от Амбруаза Буамбо. Когда он встал, чтобы произнести речь, в зале воцарилась теплая атмосфера доброжелательности. Но она была мгновенно разрушена бестактными высказываниями короля. "Независимость Конго, - заявил он, - является результатом работы, задуманной гением короля Леопольда II, предпринятой им с упорством и постоянным мужеством при настойчивости Бельгии". На протяжении восьмидесяти лет, сказал он, Бельгия посылала в Конго "лучших из своих сыновей". Эти "первопроходцы", добавил он, построили коммуникации, основали медицинскую службу, модернизировали сельское хозяйство, возвели города, промышленные предприятия и школы - "повысили благосостояние вашего населения и оснастили страну техникой, необходимой для ее развития".
Это было необычное заявление. Сегодня, - заметил корреспондент газеты "Нью-Йорк таймс", присутствовавший на мероприятии, - едва ли половина конголезцев умеет читать и писать, и только шестнадцать конголезцев окончили университеты или колледжи. В конголезской армии численностью 25 000 человек нет ни одного конголезского врача, юриста или инженера и ни одного африканского офицера".
