доставленный непосредственно по морю, и тот, который пересек Ита - лию по суше. В пользу первого маршрута говорил почти беспошлин - ный ввоз шерсти, привозимой по морю, который был введен в 1598 го J ду. Такой прямой доставкой шерсти занимались голландские корабли. Тем не менее, несмотря на эти преимущества и на наличие перво - классных судов, сухопутные маршруты, которые вели через Геную и особенно через Ливорно, удерживали свои позиции и даже пользова - лись предпочтением перед морскими. Почему? Нетрудно догадаться. Прежде всего, существует такая вещь, как привычка, сложившаяся практика. Нам известно, что закупками в Испании заправляли ге- нуэзцы и флорентийцы; что существовала линия платежей (настоящего дистанционного управления кредитом) от Медины дель Кампо до Флоренции (и в обратном направлении), о чем свидетельствует пере - писка Симона Руиса87; что венецианские купцы покупали в долг, т. е. в кредит, у флорентийцев и что выбор лучшей шерсти оставался за Флоренцией, а Венеция работала со вторым сортом. Роль перевалочного пункта, которую играла Флоренция, объясняет частое ис- пользование сухопутной дороги и, быть может, даже важность Венеции, куда в конце XVI века стекалась шерсть отовсюду, что соответствовало преждевременному упадку флорентийской промышленности, высвобождавшему лишнее сырье.
Итак, вот хороший пример негибких взаимоотношений двух соперничающих категорий дорог и сложности вовлеченных в действие факторов, хотя этого примера недостаточно, чтобы положить конец дискуссии. Но здесь угадывается структурная неизменность взаимоотношений, которую можно принять в качестве рабочей гипотезы.
Статистика перевозок на примере Испании
Другой, более внушительный пример являет собой Кастилия, окруженная целым рядом континентальных и морских таможен, разбросанных вдоль берегов или сухопутных границ, т. е. в последнем случае находящихся так или иначе на внутренних кастильских территориях. Puertos secos, сухопутные (наземные) порты — это 39 таможенных постов на границах с Наваррой, Арагоном и Валенсией, контролирующие движение по основным и второстепенным дорогам Кастилии: puertos altos, верхние порты располагаются на рубежах Наварры и Арагона; puertos bajos, нижние порты надзирают за перевозками в направлении Валенсии. Puertos
de Portugal* числом 46, включая самые малозначительные, контролируют доступ по суше из Португалии. Вдоль обеих морских границ, Бискайского залива и участка побережья от Валенсии до Португалии, взимались, во-первых, diezmos de la mar, морская десятина, право на взимание которой перешло к королю в 1559 году88 (до этого оно принадлежало потомкам коннетабля Кастилии); во-вторых, многочисленные сборы, объединенные в сложный фискальный комплекс Almojari- fazgo Mayor Севильи, учреждение, существовавшее уже при арабских правителях и контролировавшее все доходы от морских сообщений, иногда с помощью постов, расположенных на удалении от моря, в глубине территории, но чаще в портовых центрах (Севилье, Кадисе, Сан- Лукар-де-Баррамеда, Пуэрто-де-Санта-Мария, Малаге...) К этим старинным налогам прибавилось Almojarifazgo de Indias, которое распространялось только на товары, прибывающие из «Индий» (т. е. из Америки) и отправляющиеся туда.
Таким образом, Кастилия была покрыта сетью таможенных постов, которые представлены в Симанкасе огромной массой бумаг и цифр, недавно нашедших отражение в новых работах Рамона Каранде89 и Модесто Ульоа90. Сможем ли мы сравнить с помощью этих данных роль двух видов сообщений — морских и сухопутных? И да, и нет. Да, поскольку указанные сведения охватывают обширное поле за значительный период времени без изъятия; ввиду наличия всего комплекса возможной ошибкой можно пренебречь. Нет, потому что кастильская налоговая отчетность путает цифры, занижает их, и особенно потому, что Кастилия, выступающая здесь в качестве свидетеля, представляет скорее океан, с которым связана вся ее жизнь, чем Внутреннее море, к которому она поворачивается спиной. Как бы то ни было, мы воспользуемся этими документами только для определения порядка величин и для сопоставления.
Первый вывод заключается в том, что объем торговли и соответственно сборы значительно возросли. 1. Если доход, полученный Almojarifazgo de Indias в 1544 году, принять за 100, то в период между 1595 и 1604 годами он достигает в среднем 666 ежегодно: за 50 лет он увеличился более чем в 6 раз, что подтверждается исследованиеми Югетты и Пьера Шоню. 2. Принимая за 100 доходы, полученные Almojarifazgo Mayor в 1525 году, мы устанавливаем, что в 1559 году они достигли
Португальские порты.
