-- Мы все раздражали друг друга, когда вливались в команду. Дай ей время. Всё устаканится, -- заверила его Сплетница.
Мрак повернулся ко мне, но не сказал ни слова. Я подумала что, возможно, он хотел сказать, что я была исключением, но потом передумал.
Вместо этого он сказал:
-- Я пойду прилягу ненадолго в большой спальне. Сплетница, Рой, оставайтесь на дежурстве. Разбудите меня, когда вам потребуется отдых.
-- Конечно, босс, -- ответила ему Сплетница. Я не смогла заставить себя ответить хоть что-нибудь, поэтому хранила молчание.
Он уже направился к выходу, когда из кухни раздался крик Призрачного Сталкера -- глухой, сдавленный звук. Мрак приостановился, затем продолжил свой путь в том же направлении, куда скрылась Чертёнок, открыв и закрыв за собой дверь в конце короткого коридора.
Я обхватила себя руками. Взглянув в сторону балкона, я отметила, что окна не были открыты или разбиты. Дрожь была не от холода.
-- Ты нормально относишься к тому, что сейчас происходит? -- спросила Сплетница.
-- Я -- в команде, -- было все, что я могла сказать.
Она слегка улыбнулась, почти виновато:
-- Ты -- в команде.
"Мы проделываем это с Софией!" -- напомнила я себе. Той самой девушкой, которая шпыняла, мучила и оскорбляла меня почти каждый день с начала старшей школы. Она била, пинала и пихала меня. Портила мое имущество, оскорбляла меня, швыряла в меня еду, унижала меня и подзуживала остальных делать то же самое. Именно она подтолкнула меня к тому последнему рубежу, после которого проснулись мои способности. И, если всего этого не достаточно, менее часа назад она пыталась меня убить, и не потому, что я была преступницей, которая заслужила смертную казнь, а лишь потому, что я видела её без маски. Я ей мешала.
Но даже зная всё это, я не была уверена, что она такое заслужила.
Сплетница достала МР3-плеер и засунула наушник от него в свободное ухо. В другом был наушник Софии. Второй наушник от плеера свободно болтался на проводе, из него раздавалась тихая музыка. Захватив с собой одеяло с дивана, она свернулась клубком на одном из кресел.
Я последовала её примеру и подвинула одно из кресел по ковру, к раздвижной стеклянной двери, ведущей на балкон. Я не сразу устроилась на нём. Сначала проверила свою силу.
В здании хватало насекомых, пригодных для использования. Я нашла пауков и приказала им готовить паутину, протягивая нити через каждый дверной проем, оплетая все коридоры и лестничные пролеты в здании. Я направила жужжащих мух и комаров во все квартиры, включая ту, в которой находились мы сами, и поместила по одному насекомому на каждого человека, которого я нашла в доме: трое немытых мужчин в подвале, среди кладовок, где жильцы хранили свои пожитки, которые нельзя было держать в квартирах, пара подростков лежала на крыше, держась за руки, пожилой мужчина неподалеку от верхнего этажа, и семья из пяти человек на втором этаже.
После секундного размышления, я поручила паукам протянуть паутину и на балконах. Когда в деле были замешаны кейпы, приходилось учитывать возможность проникновения в здание с помощью крюков, веревок, телепортации или полёта. Пауки почувствуют движение с помощью паутины, а я, в свою очередь, через пауков тоже его замечу.
На полке я нашла книгу, которая выглядела вполне читабельной, затем боком села на кресло -- спина опиралась на одну из его ручек, а ноги были перекинуты через другую, передо мной была кухонная дверь, за мной -- балконная. В помещении не было света, на улице -- тоже, но тяжелые облака пока ещё не закрыли луну, и её свет давал мне возможность читать, отвлекаясь от книги через каждую пару страниц, чтобы проверить обстановку. Всё могло казаться умиротворенным, если бы не случайные вскрики и рычание Призрачного Сталкера. Время от времени на долю секунды она переходила в свое призрачное состояние, затем успевала вернуться в обычное состояние до того, как провода пройдут сквозь неё. Регент не звал нас, так что я полагала, что всё нормально.
Бульдог Суки, Бентли, лежал на диване, его голова была у Суки под мышкой. Я дошла до третьей главы книги, когда он принялся храпеть, удивив меня тем, насколько равномерными и громкими были звуки его храпа. Сириус, лабрадор, которого я уже встречала в прошлый раз, лежал у Суки между ног, примостив голову на пряжке ремня. Сеттер, имени которого я не знала, свернулся у подножия дивана, как и Анжелика.
Сука выглядела такой умиротворенной. Было странно видеть, как она так легко могла расслабиться и отдыхать, ведь до этого, даже до недавних событий, она всегда была в таком взвинченном состоянии, которое большинство людей довело бы до психушки. Это была не агрессия в чистом виде, и не тревога, а какая-то их комбинация.
Я видела, что Сплетница играла на МР3-плеере в какую-то игру. Комары, которых я разместила у Брайана на спине, сообщали о том, что он постоянно ворочается. Он был настолько же нервным и беспокойным во время отдыха, насколько Сука была во время бодрствования.
