Я подняла руку, и рой сформировался в плотный клубок надо мной. Смутная сфера больше метра в диаметре.
-- Мои насекомые способны сожрать корову до костей за полторы минуты, -- я понятия не имела, правда ли это, но звучало неплохо.
-- У меня миллионы глаз, чтобы наблюдать за вами. Валите куда-нибудь в другое место. Все остальные! Если вы будете помогать какой-либо из этих групп, делиться с ними едой, кровом или вести с ними дела, если будете продавать наркотики, воровать или охотиться на людей на этой территории, то потеряете моё расположение. Вы перестанете получать припасы, и окажетесь под моим постоянным присмотром. Это на первый раз. Сделаете это снова -- и я запишу вас в список своих врагов.
Я позволила моим словам повиснуть в воздухе для пущего эффекта и обдумала, что я ещё хочу сказать. Я посмотрела на Батарею. Она не пыталась остановить меня... Интересно.
-- Каждая коробка содержит достаточно еды для четырёх человек. Там также находятся комплекты первой помощи и фильтры для воды. Эти припасы позволят вам продержаться до тех пор, пока мы не начнем восстанавливать разрушенное. Хотите больше? Работайте на меня. Эта работа не обязательно будет связана с криминалом. Мне нужны те, кто будет предавать сообщения, выступать в качестве представителей этих районов, убирать и ремонтировать. Для каждого, кто будет помогать мне, и для их семей, будет предусмотрен доступ к необходимым продуктам, душ, электричество и щедрая оплата. Вы и ваши любимые будут чистыми, опрятными и получат новую одежду.
Я оглядела на толпу. Люди расслабились. По крайней мере, не было тех, кто желал бы линчевать меня.
-- Спасибо за внимание. Возьмите ваши припасы. Один набор для каждой семьи или группы, два, если ваша семья большая.
Мой монолог закончился. Я ждала. Никто не отозвался. Неужели я настолько запугала их?
Только я начала гадать на тему того, что буду делать, если никто так и не выйдет, как вперед выступил мужчина, за которым немедленно последовали его жена и двое детей. У жены был очень красный нос и тёмные круги под глазами, что наводило на мысль о тяжёлой простуде. Они ни разу не встретились со мной глазами, пока брали коробку с припасами у одного из людей Выверта. Дети прятались за спиной матери. Я так и не дождалась от них ни благодарности, ни даже простого спасибо. Мужчина просто взял коробку с едой и медикаментами и отправился обратно к себе в убежище.
Наблюдая за тем, как семья спокойно уходит с припасами, остальные тоже набрались храбрости, чтобы выйти вперёд. Буквально через пару секунд уже образовалась небольшая давка. Как только люди разобрали все коробки прямо передо мной, я отступила внутрь грузовика и принялась следить за поведением толпы на предмет конфликтов. Первый возник, когда двое мужчин схватились за одну коробку. Прежде, чем простое перетягивание переросло во что-нибудь более болезненное, я послала к ним небольшой жужжащий рой. Оба отпустили коробку и отступили, глядя на меня. Когда я не стала останавливать их или продолжать атаку, они вернулись к поддону, чтобы подобрать новые припасы, оставив упавшие валяться в воде.
Припасов явно было недостаточно. Я видела, как начала накаляться атмосфера по мере того, как все больше людей начали это понимать. Их было слишком много, и даже если выдавать по одной коробке на семью, то всем не хватит.
Я знала, что у Выверта их было ещё много -- на его подземной базе припасов было столько, что либо у него был непосредственный доступ к поставщику, либо он сам им и был. Я начала обдумывать план, как бы доставить припасы тем, кто сейчас уходил с пустыми руками.
Мои размышления были прерваны. Я услышала, как вскрикнул какой-то мужчина, и толпа подалась назад.
Один из тех, у кого было оружие. Он достал грубый нож и принялся им размахивать, маниакально насмехаясь над реакцией людей. Щетина у него на подбородке была седой не по возрасту. Сам он был с голым торсом и повязанной вокруг бёдер футболкой с длинными рукавами. На груди виднелось множество царапин. Его приятели, ухмыляясь и скаля зубы, стояли чуть позади него.
Не очень умно с его стороны вытворять такое прямо передо мной, но я полагала, что люди в городе достигли точки, когда у них не всегда получалось думать рационально. Ну, или он был под кайфом. По внешнему виду его спокойно можно было принять за Барыгу.
-- Эй, здоровяк, -- крикнула я. -- Хвастаешься ножичком?
-- Иди на хуй! Я букашек не боюсь, -- развернулся он ко мне.
Я вышла из грузовика. Люди подались назад, но он остался на месте. По мере того, как я подходила ближе, его глаза всё расширялись, и он начал жевать нижнюю губу так, будто она пыталась от него сбежать.
-- Ты из Барыг?
-- Отъебись! -- рыкнул он.
Я не собиралась с ним дискутировать.
-- Отлично. Угрожаешь моим люям? Будь готов ко встрече со мной.
-- Не боюсь тебя!
Я пожала плечами.
-- Докажи. Используй свою ржавую железяку. Напади на меня.
Он посмотрел на толпу, колеблясь.
-- Что? -- спросила я его. -- Я думала, ты не трус.
-- Я не трус!
