-- Тогда напади на меня! -- я повысила голос, крича на него. -- Или ты из тех задир, у которых колени трясутся, когда реальный противник стоит перед ними!?
Он двинулся так, словно хотел напасть на меня, затем остановился.
-- Ты жалок, -- прорычала я. Не толпе. Я сказал это для него и только для него.
Он бросился вперёд, держа нож двумя руками и засадил мне его в живот как раз рядом с броней. Я с трудом подавила порыв согнуться пополам, и всё же была вынуждена отступить на шаг, чтобы сохранить равновесие. Для большей устойчивости я уцепилась руками за его плечи и сжала их, впиваясь ногтями в плоть. Я чувствовала как боль разливается по нижней части живота и груди. И это несмотря на то, что ткань костюма остановила нож и не позволила ему меня порезать.
Всё ещё держа его за плечи, я заставила себя выпрямиться. Он ударил меня снова, но это было уже не так сильно. Скинув одну мою руку, он решил воспользоваться открывшейся свободой, чтобы резануть меня по горлу. Самый первый его удар был очень мощным из-за инерции от бега, все последующие я практически не чувствовала. Он отступил и непонимающе уставился на нож. Я так и не упала.
Я вытянула руку, и насекомые одним плавным движением перетекли с моего костюма на здоровяка, полностью покрывая его под собой. Толпа немного отступила, как только он начал орать. Здоровяк бросился в лужу и начал кататься, будто пытаясь сбить с себя огонь. Может, так он и думал -- насекомые, которые атаковали его, несли на себе капсаицин.
Я терпеливо наблюдала за его метаниями. Когда он вытянул руку с ножом, чтобы проползти вперед, я наступила на неё. Пяткой прямо ему на костяшки и, найдя равновесие, я перенесла весь свой вес на эту ногу.
Его крики стали ещё громче. Когда я приподняла ногу, он выдернул свою руку, прижал её к груди и перекатился на спину, выронив нож в процессе.
Я наклонилась, чтобы поднять клинок, а разогнувшись, обнаружила, что Батарея стоит в трёх метрах от меня. Ближе чем кто бы то ни было из толпы, окружающей меня и Барыгу.
-- Я не могу позволить тебе использовать это, -- она махнула в сторону ножа. Её костюм слабо светился. И я поняла, что она готовится к атаке.
-- Я и не планировала, -- солгала я, сопровождая жужжанием роя свои слова. Вообще-то я как раз собиралась проткнуть ему руку или что-нибудь ещё. Не смертельно, но так, чтобы продемонстрировать серьёзность моих намерений. Я развернулась и аккуратно бросила нож в её сторону.
Она использовала накопленный заряд и перехватила нож за рукоятку прямо в воздухе.
-- Как это связано с тем, что вы провернули в штаб-квартире?
-- У Стражей? Там была ценная информация, и на эти деньги можно многое купить, -- я указала на ящики с припасами. Большинство собравшихся перестало брать коробки, чтобы посмотреть на мой бой с Барыгой и разговор с Батарей.
Она, также, как и я, осмотрела толпу вокруг нас:
-- Я с этим несогласна.
-- Но ты не собираешься останавливать меня и не пытаешься арестовать меня, несмотря на то, что случилось той ночью, -- ответила я ей, -- потому что я меньшее из многих зол, что сейчас творятся в этом городе.
-- Хм-м. Пока что.
-- Пока что. А до той поры, я получаю припасы. Не краду их с ваших складов, а покупаю за свой счёт. Я обеспечиваю порядок на этой территории, пока полиция бездействует, и я помогаю людям, которым это нужно. Ты ведь не будешь мне мешать?
Батарея осмотрела толпу еще раз:
-- В чём твой замысел?
-- А он у меня есть?
-- Да. У таких как ты он всегда есть.
-- Может, я уникальна.
-- Нет, учитывая, как ты старалась притворяться злодеем. Или ты притворялась героем, который притворяется злодеем? Вероятность того, что ты что-то замышляешь, просто зашкаливает.
Я вздохнула:
-- Не знаю, что и сказать. Нет никакого замысла.
Она нахмурилась:
-- Когда мы только начали приходить в себя после атаки Губителя, вашей команде был присвоен низкий уровень опасности, и мы собирались игнорировать вас. Слишком затратно по времени и ресурсам. Подозреваю, теперь, после вашей маленькой выходки той ночью, приоритет может измениться. Ты меня услышала?
Я склонила голову в небольшом кивке.
-- Что ж, я последую правилам и уйду. Но я буду за тобой приглядывать. За всем этим. Если ты зайдёшь слишком далеко, то мы все обрушимся на тебя и больше не будем сдерживаться.
-- Я и не ожидаю меньшего, -- ответила я ей.
После этих слов она смазалась в воздухе и исчезла, оставив только след на воде.
Сразу после этого люди устремились к оставшимся припасам. Они почтительно держались от меня подальше, но, что странно, боялись они теперь меня меньше, чем до боя с Барыгой и разговора с Батареей.
Быть может, её уход придал моим действиям налёт законности? Что важнее -- намеренно ли она это сделала? У неё не было особой необходимости встревать тогда с Барыгой. Наверное. Стоило признать, что я не уверена, смогла бы я порезать этого мужика или нет.
