Малик уселся рядом с другом, нервно ворочаясь: он покачивал ногой, облизывал губы и постоянно пропускал руки сквозь волосы, превращая причёску в сплошное месиво, не имеющее ничего общего с продуманным беспорядком в обычной причёске пакистанца.
— Почему ты избегал меня?
Молчание.
— Мне не нравится, когда ты меня игнорируешь, — проговорил Зейн, — я так не могу, Ли! Ты мне очень-очень нужен.
Это прозвучало с таким надрывом, что моментально вызвало чувство вины у Лиама. За то, что он так поступил. За то, что ему это нравилось. За то, что ему доставляло удовольствие, когда Зейн остро нуждался в нём, когда тот страдал, если его не было рядом. Он — чудовище, он знал это.
— Мне очень жаль, — прошептал Пейн, — я, правда, не хотел закрываться от тебя.
— Тогда почему ты так поступил?
Лиам закусил губу, избегая взгляда старшего парня.
— Если… если это из-за того, что мы сделали, — начал Зейн, но шатен затряс головой, — а в чём причина?
— Это… всё сложно, — солгал Пейн, — всё свалилось в одну кучу. Мне порой кажется, что я схожу с ума, понимаешь? Я не пытался избегать тебя. Я просто пытался разобраться в себе и во всём этом. Ничего личного.
Рука Зейна тяжело опустилась на плечо младшего парня, улыбка пробежала по полным губам, затронув щёки, собрав морщинки вокруг карих глаз.
— Давай разберёмся вместе, хорошо? Думаю, что я как бы тоже имею к этому отношение, приятель.
Лиам слабо улыбнулся, молясь, чтобы брюнет не заметил особой разницы между нынешней и собственной искренней улыбкой.
— Думаю, да.
***
Пейн почти забыл о приезде Перри. «Почти» — наиболее подходящее слово, потому как у них было интервью пару дней спустя в какой-то ежедневной мега-популярной передаче, как раз перед тем, как они исполняли вживую «Best Song Ever», и, естественно, они затронули наболевшую тему.
— Достоверный источник сообщил нам, что твоя невеста прилетает, чтобы провести несколько дней здесь с тобой, — сказал один из ведущих (Джейс? Джек? Как-то так), — ты взволнован?
Кровь Лиама забурлила, глаза сузились в щелочки, но он не успел ответить.
— Честно говоря, он не затыкается, — вставил Зейн, — мы постоянно слышим об этом. Это очаровательно.
— Так мило, — восхитилась девушка — журналист, — разлука вносит напряжение в ваши отношения?
Лиам сладко улыбнулся и протянул:
— Единственное, что напрягается во время нашей разлуки — моя правая рука.
Луи прорвало первого, он захлёбнулся смехом, спрятав голову на плече у Найла. Гарри закусил губу в попытке сдержаться. Найл помедлил, осознавая услышанное, а мгновением позже заржал громче, чем Луи. Зейн… Зейн сдержанно улыбнулся, не пытаясь прикончить Лиама на месте, как ожидалось.
— Эм, — промычала ведущая, — что ж, продолжим. Есть ли у вас какие-нибудь особые планы на Австралию? В прошлый раз вы отлично провели здесь время. Что будете делать в этот раз?
— Яхты и шлюшки, — мигом ответил Зейн, — мои планы — яхты и шлюшки.
— Звучит отлично, Лиам, — отреагировал Луи, ни разу не спасая ситуацию.
— Звучит немного оскорбительно, — попытался выправить положение Гарри, — яхты и девушки, Ли. То, что ты сказал — это предмет садового инвентаря.
Найл от смеха покраснел до невозможности, Лиам уже всерьёз опасался за его здоровье. Если он начнёт смеяться ещё сильнее, то, однозначно, что-нибудь себе порвёт. А Лиам порвёт кого-нибудь, если этот кто-то не заткнётся до конца интервью.
— Давайте перейдем к другим вопросам, — предложил Джек, — мы получили множество от ваших фанатов и попытались выбрать лучшие из них, — он порылся в карточках, — окей, кто из группы самый неряшливый?
— Луи, — на автомате ответили парни. Все, кроме Зейна, сказавшего:
— Думаю, что я, — он взмахнул руками, скидывая пустую бутылку со стола, — что сказать, я люблю беспорядок. Еще я могу не принимать душ неделями. Поэтому мои волосы выглядят именно так.
— Ну что ж, тебе идёт, — произнесла ведущая с флиртующей улыбкой, заставившей зубы Малика сжаться, но вряд ли это заметил кто-то, кроме шатена.
— Хорошо, следующий вопрос. Что вы любите делать на сцене больше всего? Кроме пения, конечно, — усмехнулся интервьюер, — вы пятеро иногда творите настоящие безумства.
Луи засмеялся и начал было рассказывать историю о том, как Лиам повалил его и начал пинать, но Пейн прервал старшего парня:
— Я всегда шлёпаю остальных парней по заду.
Это было правдой, Зейн частенько так делал, но Пейн еще не закончил:
— Знаете, это как… — шатен замолчал, пытаясь состроить фирменный взгляд пакистанца для фотосессий, эдакую задумчивую мрачность, как будто он хочет сказать что-то значимое и глубокое, — когда кто-то идёт мимо тебя с такой притягивающей взгляд попкой. Вы понимаете, о чём я, да? Это сильнее меня, это буквально наркотик. Я не могу удержаться.
— О, я знаю, о чём ты, — попытался вставить Найл сквозь смех, — ты… — он закрыл лицо руками и продолжил громко ржать.
— Я думаю, большая часть веселья остаётся за сценой, — вмешался Зейн, не сводя глаз с Лиама, — к примеру, недавно я взял рулетку, решил посмотреть, насколько я большой. И я был приятно удивлён, что у меня целых восемь с поло…