– Не расскажет она ничего. Они никогда ничего не рассказывают. Они же трусливы и больше всего боятся потерять свой дражайший рай, понимаешь?
– И все же я по-прежнему остаюсь главным подозреваемым. Кит, мы вместе учились, ты забыл? И узнать, что у нее есть дочь, мне было несложно. Некоторые из ее однокурсниц видели ее беременной, и она об этом, конечно, знает! Она вот-вот начнет подозревать меня, – забеспокоился Лёня.
– Не начнет, братец, – внятно и очень убедительно сказал Кит. – Во-первых, она сейчас слишком взволнованна, чтобы ясно мыслить, а во-вторых, у нее уже есть один подозреваемый, и это не ты.
– Ты о той девушке?
– Ага.
– А если она правда ее подруга?
– Если подруга, то почему молчит?
– Просто не помнит. Они не виделись много лет, – пояснил Лёня.
– А может, у нашей Танечки паранойя?
– Паранойя?
– Ага. Ты же сам говорил, что она с самого начала была какой-то взвинченной и нервной. Это наш шанс! Ты можешь развить ее нервозность, подкидывая ей разные, самые невероятные идеи! Мог бы начать уже сегодня, когда она к тебе прибежала. Но ты молчал как истукан! Я тихо сидел в ванной, но если бы мог выйти, то вышел бы и настучал тебе по голове!
– Тебе легко говорить, ты ведь не выслушивал ее подозрения. Очень сложно смотреть ей в глаза и предлагать версии о том, какой урод ее шантажирует, зная, что это урод – ты сам! – обозлился Лёня.
– Давай без ссор и обид, братец, – спокойно предложил Кит. – Чудная мысль о том, как нам обогатиться, принадлежала мне, как ты помнишь.
– Не уверен, что она была такой уж чудной, – нахмурился Лёня.
– Эта курочка обогатит нас, вот увидишь! Мы начнем тянуть из нее здесь, а продолжим на Большой земле! Просто делай, что я говорю, и все будет о’кей!
– Сколько мы получим, если продадим все ее драгоценности? – расчетливо поинтересовался Лёня.
– Этого я знать не могу. Но то,
– А твой отец точно сможет сбыть колье?
– Да. Он в этой сфере, что называется, свой! – усмехнулся Кит.
– Ладно, тогда тебе стоит всерьез подумать о переезде к этой Марине. Таня пришла очень неожиданно, и хорошо, что тебе было куда спрятаться! Я не хочу, чтобы нас видели вместе, – после недолгого молчания сказал Лёня.
– Марина согласится. Я умею убеждать.
– Я знаю, – исподлобья взглянул на собеседника Лёня. – Так что мы в итоге будем делать: звонить или молчать?
– Помолчим еще один день. Пусть она пока попереживает, а мы подумаем, как лучше обставить передачу драгоценностей. Чего-то в моем совершенном плане не хватает… и ты, братец, должен помочь мне понять, чего именно! – с холодной улыбкой заключил Кит.
В последние дни Антонина Васильевна пристально следила за своей невесткой и находила много необъяснимых поступков в ее поведении. Воображение, подбадриваемое желанием сделать из Тани виновную, рисовало старой женщине неожиданные картины, к тому же ей всегда казалось, что невестка недостаточно внимательна к ее сыну. Она не считала Таню особенной и красивой. Таких, как она, в Москве миллион! Антонина Васильевна часто видела этих ярких девушек в торговых центрах. Она отделяла их от других, более скромных москвичек. Но ее благосклонность не заслуживали и последние, многие из которых с удовольствием изменили бы свою жизнь, получив заветный билет в мир роскоши и превосходства. Сейчас, наверное, простой девушке из маленького городка все труднее завоевать сердце миллионера (среди своих красавиц хватает!). Однако его сыну все-таки не повезло. Конечно, назвать Таню «простой девушкой» у Антонины Васильевны никак не получалось (она ведь и вела себя как баронесса, и вкус у нее был…). Но ничего хорошего, считала она, из этого брака все равно не выйдет.
Итак, после долгих раздумий Антонина Васильевна решила покопаться в Танином телефоне. Именно там скрываются все тайны обывателей. Дождавшись, когда сын уйдет прогуляться, а его молодая жена пойдет принимать душ, Антонина Васильевна вышла из своей комнаты и вскоре уже нащупала телефон в Таниной сумочке. Как им пользоваться – она знала. Она проверяла его не в первый раз, и ею ни на минуту не овладевало чувство стыда, ибо, всегда уверенная в своих подозрениях, она знала, что действует во благо своего мальчика.
Она проверила сообщения. Ничего компрометирующего. Начала проверять журнал звонков и тут-то наткнулась на кое-что интересное. Вчера Таня звонила некоему Леониду, а еще ранее ей звонили с неизвестного номера, причем не один раз! Кто ей может названивать? Она не учится, не работает, подруг, как известно, у нее нет… Минуту-другую Антонина Васильевна неподвижно сидела на кровати. Взгляд ее бесцельно блуждал по комнате, пока не наткнулся на картину, замаскированную под сейф. Интересно, знала ли Таня комбинацию, и если да, то не является ли это ответом на все подозрения Антонины Васильевны?
