– Такая, как Таня, не будет играть с кем-то там в теннис! – отрезала Леночка.
– Это уж точно, – согласилась Диана.
– А может муж не пускает? – улыбнулся Джамал.
– О да! О нем в газетах та-а-акое пишут! Говорят, он любит поохотиться, и, наверное, не только на дичь, но и на неверных женушек! – засмеялась Леночка.
Все громко засмеялись и только Диана скромно улыбнулась.
– Я, пожалуй, пойду, – сообщила она.
– А ты не хочешь пройтись по палубе? – предложил Диане Джамал.
– Хорошо, – согласилась та.
– А я пойду поем! – выразила свое желание Леночка. – Кто-нибудь пойдет со мной? – спросила она.
Мужчины неопределенно пожали плечами, что в данном случае значило «нет». Леночка громко хмыкнула и последовала за Дианой и Джамалом.
Ковальский и Лёня проводили уходящих внимательными взглядами.
– Вы правда думаете, что у Тани какие-то проблемы? – спросил Лёня у врача, когда остальные ушли.
– Это написано у нее на лице. Но… женщины часто драматизируют и выдумывают себе проблемы. Мой тебе совет: не забивай голову чужими проблемами, – улыбнулся Ковальский.
«Знал бы он, насколько „чужая“ для меня эта проблема!» – хмуро подумал Лёня.
– Так ты сыграешь со мной? – после паузы спросил врач у Лёни.
– Нет, я тоже хотел бы перекусить, – ответил молодой человек, чувствуя, что изрядно проголодался.
После своего позднего завтрака Лёня вернулся на место преступления, но тут же заставил себя уйти. Ему казалось, что, стоя там, он буквально кричит о том, что совершил!
Потом он бесцельно бродил по палубам. В глазах встречаемых людей Лёня ожидал увидеть осуждение, но никто не спешил задерживать на нем своего сурового взгляда. По всему было ясно, что никому, кроме него, пока не известно об утонувшем пассажире. Что ж, это немного приободряло его.
Ближе к вечеру того же дня, недостижимые Роговы снова оказались среди простых смертных. Этому способствовала Антонина Васильевна. Она устала безуспешно обвинять Таню в коварстве, а сына – в излишней доверчивости. И потому в отместку обоим вытащила их «в свет». Надо признать, это было самым жестоким наказанием для людей, переживающих суровые внутренние бури.
– Сегодняшняя экскурсия понравилась мне больше всех! – говорила Антонина Васильевна, сидевшая во главе стола. – Я много чего запомнила. Хотя… может, я все это уже знала! – хохотнула она.
– Нижний Новгород – один из тех городов, о котором, даже если никогда там не бывал, много чего знаешь. Как родной он! – с улыбкой заметил Ковальский.
– Это точно! Я, сколько плаваю, всегда выхожу погулять в Нижнем. Мне нравится, что все там устроено… как-то по-домашнему, – нашелся Джамал.
– И атмосфера там легкая… – добавила Диана.
Она сидела рядом с Джамалом, но, так как все лица были устремлены к Антонине Васильевне, Таня не видела ее лицо.
Девушка посмотрела на остальных. На первый взгляд все были увлечены разговором, но стоило понаблюдать за ними, задержать на ком-либо свой взгляд – и эти неявные признаки лжи и неуверенности вылезали наружу. Вот Лёня поправил челку и весь аж вспотел, ответив на сухой и малозначительный вопрос Василия (должно быть, ему очень непросто скрывать «знакомство» с Таней). А вот и Ковальский, несмотря на всю свою объективность, как-то фальшиво улыбнулся… Диана отмалчивалась. Спокойной и естественной оставалась лишь Леночка – наивная маленькая горничная.
– Вот вы говорите, что за рубежом сервис, обслуживание и уровень в целом выше, так? – обратился Ковальский к Антонине Васильевне.
– Именно так. Даже сравнивать не приходится, и многие из моих знакомых никогда не отдыхали на отечественных курортах, – кивнула она, помешивая ложкой свой сладкий чай.
– Но вы согласны, что здесь у нас есть свои особенности? За границей вы их не найдете.
– Согласна, однако если кому-то нужны райское море и чистый песок, то лучше к нам не соваться.
– Вынужден с вами не согласиться, – мягко возразил Ковальский. – Лично мне было бы интересно, как туристам «живется» на наших морях. Я бы побывал и там, и там.
– А вы нигде не бывали, да? – с сочувствием спросила Антонина Васильевна.
– Да, Москва—Астрахань мой единственный маршрут. Но со временем я думаю наверстать упущенное!
– Конечно, наверстайте, – ободряюще сказала Антонина Васильевна. – Хотя… – задумалась она, – молодежь нынче путешествует больше нас. Моему племяннику всего двадцать, а он уже объездил полмира!
– Одна моя однокурсница тоже, хотя ей только недавно исполнилось двадцать пять, – заметил Джамал.
– Да-да, признаюсь, я был очень удивлен, когда увидел в этом рейсе так много молодежи, – заговорил Ковальский. – Я и не думал, что им интересны отечественные города… Вот вас, Диана, что привлекло в этом круизе? – спросил врач у таинственной девушки.
– Мне знакомая посоветовала, – последовал лаконичный ответ.
– И как? Не жалеете, что не поехали, скажем, в Египет или Турцию?
– Нисколько, – улыбнулась девушка.
