– Тут такое случилось… непонятное! В общем, – тянул резину Вертлявый, – Компот согласен – он все подпишет! Все! При встрече объясню подробнее!
От подобной невиданной удачи Леонид Борисович аж взмок. Вчера необходимые для его аферы документы подписала супруга Компота, а сегодня он сам готов капитулировать!
Надо ли говорить, что Захатов примчался в квартиру Ковылева быстрее пули?
Компот, вопреки его ожиданиям, лежал, отвернувшись к стенке, и никак не приветствие шефа не реагировал. Вертлявый оттащил Захатова в сторонку и стал успокаивать:
«Он подпишет! подпишет! Он, знаете, в каком настроении?» И зашептал шефу на ушко: «Он, если честно говорить, вчера ночью сбежал и … сам вернулся сюда! А почему?» – Вертлявый хихикнул: «Он свою супругу в собственной квартире с капитаном Коленкиным застукал!!!!»
– То есть, как это – застукал?
– Да нет, не убил, а просто застал…на самом интересном месте! И теперь все рычит: «Я её зарежу! Я её убью!»
– А меня – то ты зачем вызвал? – нахмурился Захатов.
– Так ведь это он, Компот, потребовал! Вызови, говорит, сюда шефа – я все бумаги подпишу!»
– Отомстить благоверной таким образом собрался? – не поверилось Леониду Борисовичу.
Тем не менее, он вернулся к кровати, на которой в прежней позе – лицом к стене – лежал Виктор, и потянул бедолагу за плечо:
– Витя, выпить хочешь?
В ответ – молчание.
– Витя, у меня первоклассный коньяк!
Впервые Компот пошевелился и, не оборачиваясь, спросил:
– Не врешь? Небось, какой – нибудь клоповник!
– А ты взгляни! – Захатов выдернул из портфеля массивную, блестевшую золотом бутылку. – Коньяк! Пять звездочек!
Виктор обернулся, внимательно осмотрел наклейку:
– Ну что ж, наливай! Только пить будешь первым!
Захатов захохотал:
– Да что же я тебя, отравить, что ли, собрался?! Ты пошевели остатками своих мозгов – зачем мне это нужно?
Тем не менее, Леонид Борисович собственноручно разлил коньяк по стаканам.
– Ну, давай, Виктор, выпьем за наше здоровье!
Компот однако, подождал, пока Захатов влил в себя, по крайней мере, треть стакана, а уж затем одним духом опорожнил свой.
После выпивки Витя прилег, отдышался, а уж после, порозовевший, по-дружески обратился к Леониду Борисовичу:
– Ну, рассказывай, зачем пожаловал?
– Да вот, ребята мне сказали, – неожиданно для себя замямлил Захатов, – что ты подпишешь документы, те самые, о которых мы с тобой … спорили!
– Подпишу, все подпишу! – Компот ободряюще хлопнул по плечу афериста. – Но! – Витя предупреждающе поднял указательный палец, – я никуда не поеду!
– Как это?
– А вот так! Можешь нотариуса притащить сюда?
– Ах, вот оно что! – облегченно вздохнул Захатов. – Это-то мы быстренько организуем. И бросился было звонить нотариусу. Но его решительно остановил Компот:
– Леонид Борисович! А коньячок-то – ты мне оставь!
Нотариус, Петр Семенович Малока, прибыл через два часа. До его приезда Компота причесали, умыли, постарались привести в более – менее благоприятный вид. Известно, что нотариус не имеет право признавать сделку законной, если один из партнеров пьян. Но всегда находились, и будут находиться «бесстрашные» нотариусы, которые за приличные суммы закрывают глаза на это явное нарушение Закона.
Компота усадили за стол и приказали ни в коем случае не вставать – чтобы, закачавшись или зашатавшись спьяну, он не нарушил благопристойности ритуала. Сбоку посадили Сергея – для подстраховки, но и страховщик, честно говоря, был пьян в лабузы.
Однако незадолго до прибытия нотариуса именно Серега поднял тревогу. Ворвался в комнату, где шеф совещался со своими подручными, и объявил:
– Леонид Борисович! Компот отключился!
Захатов в панике бросился в зал, где должна была состояться торжественная церемония сделки. Компот, действительно, завалился на бок, свесив голову на плечо, и не подавал признаков жизни.
Бывалый мошенник Захатов не растерялся. Приказал подручным найти нашатырный спирт, и вскоре Компоту безжалостно терли уши, совали в нос ватку, пропитанную вонючей жидкостью.
Стараниями Вертлявого и Босса Компота привели в чувство. Он очнулся и если не протрезвел, то очень разозлился.
В этот – то момент и появился нотариус Малока – в светло – бежевом с иголочки костюмчике, в очках с тонкой золотой оправой. Маленький, худенький, субтильный. Сама чистота, сама брезгливость.
Они возненавидели друг друга с первого взгляда – изящный, утонченный юрист Малока и грязный, лохматый, несмотря на все старания окружавших, алкаш Киселев. Нотариус прокашлялся для видимости – уж очень его смутил вид клиента. Тем не менее, он бодро заявил:
– Всем нам известно, какой договор мы сегодня будем заключать. А потому вряд ли стоит читать его целиком?
Компот повелительно махнул указательным пальцем:
– Читай! Все! Целиком!
Молча проглотив первую обиду, нотариус был вынужден прочитать документ на нескольких листах, подтверждавший, что гражданин Киселев передает все права собственности на свое имущество гражданину Захатову.
Закончив чтение, Малока, как и положено, обратился к участникам сделки:
– Вы согласны? Леонид Борисович!
– Согласен!
– А вы, Виктор Иванович!
