На улице раздалось ржание лошадей. Не в силах больше терпеть сомнения грызущие душу, девушка, взяв сумку с записями и накинув капюшон, вылетела на крыльцо.
Ее Ночь была уже запряжена и приветствовала хозяйку радостным ржанием, когда та к ней приблизилась. Сверр, не обращая внимания на подошедшую девушку, проверял крепления седла и осматривал лошадь. Вместо безрукавки на нем теперь красовался черный плащ подбитый мехом. Волосы были убраны под капюшон, что делало его лицо аскетичным и, если такое вообще было возможно, более жестким. Ей казалось, что он специально избегает смотреть на нее, отводит взгляд и делает вид, будто ее тут нет.
Помня про то, что она сегодня, вроде как, решила вести себя прилежно, сосредоточила внимание на животном. Погладила звездочку на лбу и провела рукой по черной гриве.
–Готова?
“Ну неужели ты до меня снизошел. Уж думала, что просто молча закинешь на лошадь и вперед”. Смешок сдержать удалось, а вот улыбка все же засияла на лице, как бы Нади не пыталась ее скрыть.
Ее “Да” прозвучало чересчур радостно, за что она дала себе мысленный подзатыльник и в смущении отвела взгляд. Теперь мужчина смотрел на нее заинтересованно, не спуская глаз. Каждая клеточка ее тела ликовала, когда девушка поняла, что ему нравиться то, что он видит. Своим осязаемым взглядом он прошелся по ее лицу, задержался на накидке и остановился на ее руках, держащих сумку.
Она ожидала чего угодно, только не того, что он просто отвернется к своему коню, будто и не было этого довольства в его взгляде. От разочарования, которое тут же на нее рухнуло, искренняя улыбка погасла, а потом и вообще исчезла с румяного лица.
Не смотря на мужчину и не рассчитывая на какую-либо помощь, Нади онемевшими руками накинула сумку на плечо и подошла к седлу.
Она охнула, когда сильные руки обхватили ее за талию и осторожно приподняв, усадили на лошадь.
Кочевник поправил подол ее платья и, отряхнув его от снега, бережно взял ее замерзшие руки в свои, даря оживляющее тепло. Он поднес скованные холодом пальчики к горячим губам, обжигая их своим дыханием. В этом простом действии было столько интимности, что у Нади отогрелись не только руки. Отвела взгляд от мужчины, в надежде успокоить ускоряющееся сердцебиение.
Что- то до невозможности приятное и мягкое окутало руки, возвращая ее к моменту, который она еще долго будет прокручивать у себя в голове.
Меховые рукавички, точь – в – точь из такого же меха, как ее накидка, теперь согревали изящные ручки.
Пока она рассматривала обновку, мужчина, забрав ее сумку, легко запрыгнул на коня и медленно двинулся в сторону деревни.
Опомнившись, Нади направила лошадь следом.
–Спасибо.
Он лишь сухо кивнул.
Их путь прошел в полном молчании. Нади иногда поглядывала на мужчину, но из-за капюшона это было трудно сделать так, чтобы не привлечь внимания, поэтому оставалось только косить глаза на его темную фигуру.
Стоило им только въехать в поселение, как они стали объектом всеобщего внимания. Люди, встречающиеся им на пути, почтительно склоняли головы, и если кочевнику доставались взгляды полные восхищения и уважения, то Нади довольствовалась шепотками за спиной и неприкрытой завистью всех проходящих женщин. Добравшись до небольшого одноэтажного здания, которое местные переделали под школу на четыре класса, Сверр спешился и придержал девушку.
–Не думала, что тут от тебя все в таком восторге.
“ Теперь понятно, почему он скрывал свое лицо на ярмарке. Его бы эти дамы на кусочки порвали”.
Не услышав ее замечание, а может, просто его проигнорировав, мужчина подвел девушку к двери, придерживая за руку.
–Сколько ты там пробудешь?
–Должна часа четыре.
“Если эти маленькие пакостники не сведут меня с ума раньше”.
В слух этого она упоминать не стала. Сегодня эта самая легкая битва и она обязательно выйдет из нее победителем.
– Ясно.
“Ясно ему! Никто не учил тебя смотреть на девушку, когда ты с ней говоришь, а не по сторонам на других заглядывать! ”
Постояв пару секунд в надежде, что он еще что-нибудь добавит к своему лаконичному “ ясно”, или хотя бы переведет свой отрешенный взгляд на ее скромную, но крайне возмущенную персону, она так ничего и не дождавшись, молча развернулась и зашла в здание школы.
Ее встретил гомон детских голосов. Внутренне подобравшись, девушка прошла к большому преподавательскому столу, по пути огибая непоседливых учеников, которые так и норовили попасть под ноги.
Скинув шубку, осмотрелась. Длинные деревянные столы и лавки в три ряда делали и без того маленькое помещение просто крохотным, а беспорядочно снующие туда сюда дети и вовсе заставили Нади прикрыть глаза. Казалось, что эта суматоха и бедлам никогда не закончатся. Но, как только колокол возвестил о начале занятий, каждый маленький участник недавнего беспорядка, нехотя, занял свое место. Любопытные пары глаз уставились в сторону девушки, заставляя ее нервно сглотнуть.
