Дальнейшее, на несколько блестящих, потрясающих своим темпом часов было, как говорится, «делом техники». Несостоявшийся воришка был на свободе, но все его данные в файлах имелись, и уже через десяток минут расположенное на северной окраине города отделение Дирекции-3 высылало машину с группой для его повторного задержания «по вновь открывшимся обстоятельствам». Согласно не слишком подробному, но достаточно внятному описанию в текстовой части электронной формы, 5 февраля он был обнаружен сторожем на той самой «площадке зимнего хранения». Внимание сторожа привлек звук часто сигналящей где-то неподалеку машины. Он оторвался от телевизора и решил обойти территорию и тут же наткнулся на какого-то парня, шляющегося между поставленных на колодки разномастных катеров речных классов — при том, что звонка от калитки не было. Парень был одет неопрятно, представился сыном хозяина одного из катеров, но не смог ни назвать его имя, ни предъявить действующий пропуск на территорию стоянки. При требовании пройти для дальнейшего разговора в домик конторы явно нервничающий парень бросился бежать, но сторож нагнал его у калитки и успешно произвел задержание. Наряд городской полиции (имена офицера и стажера — третьекурсника Полицейской академии Берлина прилагались) прибыл в течение 10 минут, после чего неизвестный был доставлен в линейный участок и допрошен согласно установленным правилам. Дерек Йетер, 20 лет, без определенных занятий, экспресс-тест на наркотики опиатной группы положительный. Внятно объяснить причины своего проникновения на охраняемую территорию он объяснить не сумел или не желал, но для полицейских все было тогда достаточно ясным. В жилищную контору по месту проживания Дерека Йетера было отправлено формальное уведомление, а самому ему было выдана рекомендация явиться на добровольный курс лечения и психологической помощи в наркологическую клинику и объявлено «на первый раз» предупреждение. Впрочем, с трудом вспомнивший этот случай полицейский (из участвовавших в допросе начинающего наркомана три недели назад) отметил, что никто не сомневался, что с этим парнем они еще встретятся: выглядел он «классически» для будущего «постоянного клиента» берлинской полиции.
К 15.50 пришло сообщение, что по домашнему адресу Дерек Йетер не обнаружен, а соседи показали, что не видели его в течение нескольких последних дней. Это вызвало очень большое оживление в штабе. Оно было замешено, разумеется, на напряжении — время шло, а то, имеет ли сопляк хоть какое-то отношение к организации покушения на вице-канцлера, было пока непонятно. Полицейские всего Берлина и офицеры поднятых по тревоге и уже направленных на усиление мер безопасности в столице воинских частей получили ориентировку на его опознание. Выделенная группа начала прочесывать места, где молодой Дерек, по рассказу отца (матери не имелось) и соседей, мог быть, были предприняты какие-то еще правильные и необходимые шаги. Но все это означало очередные потерянные часы и не обещало ничего в случае, если парень не был действительно как-то связан с покушением. В морги и больницы города и пригородов ушли стандартные запросы на приметы «неидентифицированных», которые вернулись без исключений отрицательными. Все данные о неспособных либо не желающих назвать свое имя пациентах направлялись непосредственно в полицию в любом случае, и верить в недобросовестность врачей и патологов ни у кого причин не было. Таким образом, если Дерек был еще жив, то его обнаружение являлось лишь вопросом времени, но вот как раз его было мало. И становилось все меньше, учитывая все нарастающий поток звонков с самого верха с требованием результатов.
