– Возможно. Или же не хочет, чтобы ты нашёл меч. – Светозар стал взбираться по камням к расщелине. – Ведь повелевать Иглой может только тот, кому она принадлежит, – сын Леса подтянулся, залез на уступ. – А возможно, кому-то здесь просто нужны живые. И неизвестно, что хуже. – Светозар подошёл к трещине в скале: за нею раскинулось каменное море – пики гор простирались до самого горизонта, будто застывшие волны. Низкие чёрные тучи походили на отражение каменных вершин – небо Нижнего Мира давило своей мощью, и только Мору было ведомо, что рождало едва различимый серебряный свет, делавший видимым бытие.
– Кажется, наше положение равносильно смерти. – Веслав встал рядом со Светозаром. – Затеряться в горах Неяви…
– Не думаю, что тот, кто отправил за нами крылатого Стража, жаждал того, чтобы мы просто умерли. – Светозар обернулся на подошедших Любомира и Веля, которые во все глаза смотрели на открывшийся взору мир. – Скорее нас прислали сюда для того, чтобы мы сошли с Белой Дороги и остались здесь навсегда.
Веслав ничего не ответил Светозару – князь двинулся вперёд, прошёл сквозь расщелину и остановился на плато: дул лёгкий сухой ветер, и внизу шумел тёмный бор, что покрывал склоны гор, отступая от стальных вершин, упиравшихся в небеса.
Светозар, Вель и Любомир встали рядом с князем; Серебряный Дрозд кружил над сварогинами. Вель достал бурдюк с водой и промыл на щеке рану.
– Ничего страшного, заживёт, – сказал ему Светозар, внимательно осмотрев щёку. – Лёгкая царапина.
Вель кивнул: щёку саднило, но он и сам чувствовал, что рана нестрашная. Хуже было то, что после битвы с деревьями всё ещё болело тело.
– Знаешь, куда идти? – Веслав посмотрел на Светозара.
– Нет, – ответил сын Леса. – Наш путь куда известнее тебе.
– Мне? – удивлённо переспросил князь.
– Да, – кивнул Светозар. – Ты ведь идёшь за той, кого любишь, – сказал сын Леса, и Веслав нахмурился. – Следуй за своим сердцем, и тебе отроется путь.
Князь не ответил – Веслав, отвернувшись от Светозара, пошёл к пологому краю плато; Любомир и Вель, переглянувшись, двинулись следом, Светозар, подмигнув Дрозду, – за ними.
– Ну всё – поумнел так поумнел, – тихо пропел на ухо сыну Леса Дрозд. – Порой мне кажется, даже слишком.
– То есть неразумным отроком, коим я явился в Царствие Индрика, я тебе нравился больше? – усмехнувшись, поинтересовался Светозар.
– Агнешка был забавным, – прочирикал Дрозд. – А сейчас даже в думах у тебя – кромешная тишина.
– Если тебе так скучно, здесь есть не только я, – шепнул сварогин, и Дрозд, смешливо чирикнув, полетел впереди.
Плато с одной стороны имело покатый склон, по которому бежала будто рукотворная каменная тропинка, упиравшаяся в далёкий лес, покрывающий горы. Спускались молча – не чирикал и Дрозд, что серебряным огоньком летел впереди.
Лес встретил путников холодом и сыростью – несмотря на то что находился бор в Неяви, он был живым. Светозар зажёг Словом тояг: тёплый свет озарил крючковатые беспородные деревья – тёмные, почти чёрные ветви с тонкими и редкими листьями, больше похожими на иглы, покрывал вязкий мох. Коряжистые корни цеплялись за каменистую землю; тропинка сбилась, растаяла среди покрытых чёрным мхом валунов и опавших листьев – теперь приходилось идти по каменистой ухабистой земле, обходя кочки и колючие кустарники.
В лесу тьма сгустилась больше, идти стало труднее – в горном бору встречались расщелины, из которых веяло ледяным мраком, скалистые откосы, что приходилось обходить, и огромные деревья, преграждающие путь грозными ветвями.
Через некоторое время остановились на привал – обогревшись у разведённого костра, путники поделили скудный обед из припасов, собранных Нием.
– Дичи нет, – заметил Любомир, принимая бурдюк с водой у Веслава. – И воды.
– Да, лес пуст, – кивнул Светозар, медленно жуя вяленую рыбу. – Но деревья живы. Думаю, мох, который тут повсюду, не даст нам погибнуть с голоду, а сок деревьев напоит нас.
– Только если эти деревья не ядовиты, – заметил Веслав.
– Может, мы ещё найдём дичь, – нахмурился Вель.
– В Неяви? – удивился князь.
– Нижний Мир – тоже Мир, – ответил Светозар и, поднявшись, стал обходить место стоянки, чертя тоягом на земле круг. Дрозд летел следом – над чертой появлялось едва видимое золотое кружево Слов.
– Думаю, стоит отдохнуть, – пояснил сын Леса, сев обратно. Светозар положил тояг на колени, отчего бубенцы на его навершии качнулись беззвучно. Дрозд опустился на плечо сварогина. – Теперь навьи нам не помешают.
Веслав хотел было сказать сыну Леса о его самовольности, но заметив, что Любомир и Вель, измотанные и совсем уставшие, согласны со Светозаром, промолчал. Светозар, видел князь, не стремился к главенству, да и сам он невольно прислушивался к сыну Леса – юноше, почти вдвое младше его, и первенство сына Леса невольно задевало Веслава.
Веслав, сняв плащ и устроив его на камнях вместо подушки, лёг на землю – усталость одолевала и князя. Неужели он никогда не станет настоящим царём? Неужели никогда не постигнет тайну Силы Звёзд, коей он обладает, но не может подчинить?
