Рамдана еще безмятежно спала. Ее ротик был полуоткрыт, дыхание было ровным и спокойным. Меня пронзило чувство острой глубокой нежности, которой я никогда ранее не испытывал. Но все-таки это не было любовью. Мой разум не позволял чувствам возобладать. Глядя на спящую Рамдану, я ни на секунду не забывал о том, насколько мы чужды друг другу. Даже если бы я изучил все секреты магии и смог излечить Рамдану от «Вируса старости», она никогда не была бы счастлива в тех мирах, которые я считал своими. Точно так же и я не собирался надолго задерживаться в Детском мире, несмотря на все его гостеприимство и привлекательность.
Вскоре в доме раздалось хлопанье дверей и послышались звуки шагов. Члены общины просыпались и готовились встретить новый день. Я постарался высвободиться из объятий Рамданы и потихоньку покинуть комнату. Но она почувствовала первое же мое движение и сквозь сон пробормотала:
— Еще раз…
Потом Рамдана открыла глаза и более настойчиво повторила:
— Калки, пожалуйста, еще разочек.
— Только самый последний! — шутливо предупредил я.
Рамдана со вздохом согласилась:
— Последний, так последний…
Последний раз был энергичным и бодрящим, он с успехом заменил нам утреннюю зарядку. Раскрасневшиеся и разгоряченные, мы вместе вышли из комнаты, чтобы отправиться в ванную комнату. Первой, кто попался нам на дороге, была Партрана. Наверное, она специально поджидала нас, так как прямой путь из ее комнаты в столовую проходил через другую часть здания. Партрана с видимым удовлетворением осмотрела нас.
— Я уверена, что у меня будет ребенок! — гордо сообщила Рамдана. — Мы повторили четыре раза, чтобы уж наверняка.
— Поздравляю! — в голосе Партраны смешались искренняя радость за сестру (или подругу) и легкая «белая» зависть. — Ну, не буду вас задерживать.
Вскоре мы с Рамданой, вымытые, довольные жизнью и друг другом, присоединились к остальным членам общины, собравшимся в столовой на завтрак. Я не поймал на себе ни одного сального взгляда, ни услышал ни единого похабного замечания. Детский мир нравился мне все больше и больше… Но он не был МОИМ миром. Об этом я и сообщил всем присутствующим, поблагодарил за гостеприимство и пообещал еще раз навестить эту общину при первой же возможности.
— Не забудь, Калки, через два года! — напомнила Здария.
Меня накормили завтраком, собрали продукты в дорогу и пожелали счастливого пути. Никто не предпринял попытки отговорить меня от путешествия или подольше задержать в доме. Лишь Варинамин, Рамдана и Здария вышли меня проводить. Остальные начали заниматься делами в соответствии с распределенными вчера вечером обязанностями.
Мы дошли до полуразвалившегося кирпичного забора, который некогда ограждал дом и сад. Дальше начиналась дорога, по которой, как объяснил Варинамин, я дойду до широкой реки и, двигаясь вдоль нее вниз по течению, доберусь до другой общины.
Рамдана повисла у меня на шее, расцеловала и наговорила массу благодарностей. Поцелуи Здарии были не такими страстными и умелыми, но девочка была полна энтузиазма и обещала, что к следующему моему появлению постарается соответствовать моему уровню (не знаю, чего уж там порассказали обо мне Партрана и Карабира, возможно, я и правда обогатил их знания).
Я поправил свой рюкзак за спиной и пошел прочь. Несколько раз я оглядывался и махал провожающим рукой. Но, обернувшись в очередной раз, я увидел, что Варинамин, Рамдана и Здария идут к дому. Прощание в Детском мире было таким же легким и ни к чему не обязывающим, как и встреча.
Больше я не смотрел назад. Дорога удобно ложилась мне под ноги. Когда-то она была заасфальтированной, но за прошедшие десятилетия без ремонта потрескалась и рассыпалась вдоль обочин. Сквозь трещины пробивалась трава, а кое-где — и юные тонкие деревца. Небольшой дождь, который закончился еще до того, как я вышел из дома, прибил пыль и наполнил утренний воздух свежестью.
Я шел мерно и ритмично, четыре шага — вдох, четыре шага — выдох. Таким «крейсерским» ходом я без усталости мог идти довольно долго и пройти большое расстояние. Варинамин говорил, что до соседней общины я доберусь к вечеру, даже если днем устрою продолжительный привал. Что ж, прикидывал я, двадцать дней — и я дойду до озера Лотосов. Правда, меня ожидали еще и двадцать ночей… Но я не чувствовал себя слишком утомленным вчерашними вечерними и сегодняшними утренними упражнениями, так что не слишком беспокоился на счет того, что в каждой общине мне придется выполнять «долг гостя».
В общем, все было замечательно… если бы я мог забыть о тех причинах, которые заставили меня отправиться на поиски Вечного Ребенка или Маркандеи.
Старая асфальтированная дорога вела меня через лес. Тени высоких деревьев защищали меня от горячих лучей поднимавшегося к зениту солнца. Полдень еще не наступил, когда я вышел на берег реки. Она, как и рассказывал Варинамин, была широкой — больше ста шагов от берега до берега.
