Солнце поднималось все выше, а Фолкен и Мелия продолжали обмениваться информацией. Время от времени к их диалогу присоединялся Бельтан с каким-нибудь добавлением или комментарием. Трэвис наблюдал за ними с неослабевающим интересом. Любопытство его прежде всего подогревалось тем обстоятельством, что именно от этих людей, по словам барда, могло зависеть возвращение Трэвиса в Колорадо. Он мало что понимал из обсуждаемых ими событий, но по ходу беседы сумел почерпнуть кое-какие сведения о своих новых знакомых. Рыцарь Бельтан, например, оказался уроженцем Кейлавана того самого доминиона, где должен собраться Совет Королей. Откуда родом леди Мелия, Трэвис так и не выяснил, но у него сложилось впечатление, что она прибыла сюда с далекого юга, где обладала обширными связями и влиянием. Вела она себя, во всяком случае, как весьма высокопоставленная особа.
Был момент, когда Трэвис машинально поправил свои очки в металлической оправе, некогда подаренные ему Джеком, а еще раньше принадлежавшие жившему столетие назад молодому ганслингеру, и уже в следующее мгновение что-то неуловимо изменилось. Приглядевшись, он понял, что каким-то непостижимым образом видит соткавшуюся вокруг каждого из троих ауру. Голову Бельтана окутывало золотое сияние, перечеркнутое, однако, черной, как мазок дегтя, полосой. Аура Фолкена струилась прозрачной серебристой волной, бледной и печальной, как валсиндар зимней порой. Но самым ярким оказался блистающий ореол вокруг очаровательной головки леди Мелии. Он сиял тем же волшебным блеском солнечного янтаря, что и ее глаза, отливая вдобавок нежной морской лазурью.
Внезапно Мелия вскинула голову и устремила свой взор на Трэвиса. Тот вздрогнул от неожиданности, очки снова сползли на нос, и видение исчезло. Мелия сразу же отвернулась и возобновила разговор, а Трэвис принялся гадать, видел он ауру в действительности или все это ему померещилось?
Из дальнейшего диалога ему удалось понять, что Мелия и Бельтан расстались с Фолкеном прошлой осенью в Кейлаване и договорились вновь собраться вместе в Кельсиоре ровно через год. Странствия их имели целью установить первопричину зла, уже тогда пустившего первые ростки в городах и весях Фаленгарта. Вывод из рассказов рыцаря и его дамы следовал неутешительный: за минувший год положение катастрофически ухудшилось, причем повсеместно.
Во владениях всех Семи доминионов лето выдалось коротким и неурожайным. Хлеб в полях погиб на корню, а деревни и села обезлюдели от мора. Зима наступила много раньше обычного и по всем признакам обещала затянуться надолго. А долгая зима означала, что орды варваров и разбойничьи шайки, в обычные годы редко рисковавшие переходить границу, будут вынуждены в поисках крова и пропитания вторгаться все глубже и глубже в цивилизованные земли. Крестьяне уже начали роптать и волноваться, что, в свою очередь, вызывало немалое беспокойство среди феодальной знати. Но страх перед вторжением варваров был лишь одной из причин, порождавших недовольство в народе. Мелия и Бельтан побывали во многих местах, и им не однажды доводилось слышать от поселян о странных существах, бродящих в округе и устраивающих всяческие пакости.
Трэвис навострил уши, сразу вспомнив при этих словах Трифкина-Клюковку и его труппу.
- Странные существа? - вопросительно сдвинул брови Фолкен.
- Совершенно верно, - взял на себя ответ рыцарь. - Правда, происходит такое пока только в самых отдаленных и глухих поселениях - по соседству с горами или непроходимыми дебрями. Люди уверяют, что своими глазами видели разных тварей, вышедших прямиком из детских сказок и древних преданий. Таких как гоблины, лешие и даже феи. - Он презрительно фыркнул. - Даже я не настолько туп, чтобы принять все их россказни за чистую монету! Думаю, все эти слухи распускают деревенские пьяницы и досужие сплетницы.
- Думаешь ты скорее всего правильно, - задумчиво проговорила Мелия, но меня тревожит сам факт появления и распространения подобных слухов. Особенно сейчас. В неспокойные времена люди всегда более склонны к суеверным страхам. Не зная истинных причин недородов и эпидемий, они ищут объяснений в старинных легендах. - Глаза ее сверкнули сумрачным огнем. Либо обращаются к новым религиозным течениям.
Фолкен недоверчиво покосился на собеседницу.
- Возник новый культ, - кивком подтвердила она. - Новый и таинственный. И он постепенно набирает силу. Бард провел ладонью по волосам.
- Ничего не понимаю, - признался он после короткой паузы. - Все религиозные культы, связанные с мистериями, имеют древние корни и пришли в доминионы много веков назад с другого континента, отделенного от Фаленгарта Южным морем. Откуда же тогда взялся новый?
Мелия оправила платье и в упор посмотрела на Фолкена.
