Ну а я собирался входить и надо же мы встретились вновь с нашей “любимой” гоп-компанией.
- Здоро́во, коллеги, - жизнерадостно улыбнулся я, оторопевшим хулиганам.
Ну а что, к гадалке не ходи, раз они здесь, значит тоже занимаются в секции “Атлетической гимнастики”, а значит коллеги, ну как бы.
Ну ладно, чего на них зацикливаться, мы со Степаном открыли наши шкафчики, представляете, как здесь круто поставлен процесс, Анна на ресепшене, вот только что нас записала, а в раздевалке, тут же появились шкафчики с нашими именами и полагающейся спортивной формой. Класс, да и только.
- Так, построились, - скомандовал здоровенный дядька, с мощной мускулатурой, на вид казавшийся неуклюжим, из-за своих размеров, а на самом деле, судя по мягкой, хищной походке, довольно-таки резвый тип.
Нас выстроили (спортивных, так сказать, сослуживцев, ну в одной ведь секции) шеренгой, повернув голову направо и налево, я быстро прикинул, что наша группа состоит из двадцати спортсменов и спортсменок.
- Новенький! – рявкнул Годимир Добролюбович, - башкой не вертеть, а слушать и делать, только то, что я скажу, иначе будет упор лёжа и отжиматься пятьдесят раз. Ясно? – вращал он своими глазюками.
Слева от меня раздался тихий, ехидный смешок, кто-то радовался тому, что меня только что отчитали. Зря радовался.
- Влэтко, упор лёжа! Сто отжиманий, - моментально среагировал на нарушение, им заведенного, порядка тренер.
Парень тут же упал в позу отжиманий, но ведь не сносный, успел проворчать:
- Ему пятьдесят, а мне сто.
- Сто двадцать, - рявкнул ему в ухо Годимир Добролюбович, - он новенький, ты нет, - и начал отчет, раз, два, три …
Шеренга боялась шевельнуться, расправа была мгновенной.
Отсчитав до двадцати, тренер повернулся к нам:
- Чего застыли! Разминка, быстро бегом по кругу зала, двадцать кругов! – скомандовал он и повернувшись к Влэтко, продолжил отчет, - двадцать один …
- Уже двадцать четыре, - попробовал возмутиться Влэтко.
- Молчать! Я не видел, - заткнул его тренер и продолжил, - двадцать один.
Мы бежали бегом, лишь бы не заработать наказания.
- Мы здесь сдохнем, - тихо бормотал Степан на бегу, где-то за моей спиной.
А я?
А я блаженствовал, сразу вспомнился сержант в армии:
- Пробежка в шесть километров, три раза в день, это как в Сочи неделю отдыхать, - не раз повторял он и орал, - в здоровом теле, здоровый дух, вперед утырки!
После, я не раз с благодарностью вспоминал, как он делал из нас, домашних мальчиков, настоящих солдат.
- Так что вперёд Степан, не дрейф, прорвёмся, - подстёгивал я друга, - на одной храбрости войну не выиграть, еще нужны мышцы, закалка и ум.
После пробежки, мы до седьмого пота тягали тяжести на различных тренажёрах. Годимир Добролюбович прохаживаясь среди нас, направляя и поправляя в своей манере:
- Жми, а не лапай её, это гиря, а не девочка! А ты чего схватила гантель, как …
Записывая что-то, в толстый ежедневник, он комментировал:
- Это я подбираю индивидуальный тренинг, для каждого. Ясно вам! – и вращая глазами, добавлял, потрясая в воздухе этим самым ежедневником, - здесь не стихи, а ваша победа!
Конечно, всем всё было ясно. Доходчиво объяснял, хрен забудешь.
Наконец тренировка подошла к концу. Вновь выстроив нас в шеренгу, он бодро закончил:
- Так, разберете свои тренинги, вот эти листки, по фамильно, надеюсь все грамотные, - и он кинул эти листки на лавку, когда успел составить и написать, непонятно, но мне определенно нравился этот злобный тренер, чувствую, научит всей “Атлетической гимнастике”, как положено, - техникой “Единого боя” займемся, когда вам мышцы проращу, сегодня всё, все свободны - Годимир Добролюбович, развернулся и ушел в свою тренерскую комнату.
Разобрав свои тренинги, мы поковыляли в душевую, потов с нас сошло не меряно.
После душа стало легче, не сильно, но определенно легче.
Придя в раздевалку-переодевалку, мы со Степаном полезли в свои шкафчики …
- Что за? – щупал я рукой на верхней полке, - сюда же ложил?
- Нас обчистили, - с круглыми от изумления глазами, произнёс Степан и обреченно уселся на лавку.
- Даня, спокойно, - жизнерадостный голос прозвучал у меня в ушах, - всё под контролем.
“Мария, под каким контролем, нас ограбили, у меня пропали смарт-часы, у Степана его устройство Память” – мысленно и грустно откликнулся я.
- Так, не паниковать, успокой Степана и топайте в свою комнату, - дайте нам с Деей часок, вы не пожалеете, верь мне.
Ну а что мне оставалось делать, конечно, я поверил и потащил расстроенного Степана домой, в нашу с ним комнату, в “Жилых корпусах”, по дороге внушая ему оптимизм, которого у самого было не так много, но я верил Марии.
- Это план такой, подожди и сам всё поймешь, - придумывал я на ходу, пытаясь привести в норму, “убитого” Степана.
Наконец добравшись до места, мы застали в нашей комнате нашу Машу, с книгой, конечно.
- Мальчики, как тренировка, - обрадовалась она, увидев нас, но глянув на лицо Степана, сразу стала серьёзной и спросила, - что стряслось?
- Маша, нас ограбили, - и Степан без сил рухнул на свою кровать.
- Дань? – посмотрела на меня моя Маша.
