- Как вам столетние девственницы!? – рявкнула Дея в образе какой-то бабки, в топике до пуза и кружевных панталонах.
В её руках появилась коса. Ага, именно коса, это как из нашего эпоса “Смерть с косой”.
Лихо взмахнув своей косой, Дея-бабка, отсекла часть пышной прически Душана.
- А-а-а!!! – завопил он и сделал попытку встать со своей кровати, чтобы сбежать с этого представления.
- У-у-у, - где-то в углу комнаты завыли волки.
“Мария, я тебя люблю” – восхитился я мысленно, звуковому сопровождению “стриптиза” от столетней девственницы.
- И я тебя, - прошептала мне в левое ухо Стихия.
Представление тем временем достигло своего апогея.
- Всем сидеть! – продолжала издеваться Дея, над любителями домашнего стриптиза, и двинулась к ближайшей кровати, на которой весь, сжавшись, сидел Веселин.
- Не желаете развлечься? – взяв, едва не теряющего сознания хулигана, за подбородок, “сладко” прохрипела Хранительница.
- Ам-ым, не надо, - заплетающимся языком попросил Веселин.
- Не надо? – не отпуская подбородок бледного парня, Дея осмотрела каждого из присутствующих и резко отпустив его, воздела руки, держа в них свою косу, вверх, возопила, - тогда быстро верните меня к Даньке!!!
-У-у-у, - выли волки со всех сторон, холодный ветер метался по комнате.
- И устройство Память тоже, - гневно вращая глазами, добавила она, - сдавать награбленное всем вместе.
Веселин схватив устройство ломанулся из своей комнаты, а за ним и вся банда …
Видео закончилось, минут пять мы просто молчали, наслаждаясь воспоминаниями об увиденном.
- Вот и правильно, - нарушила тишину наша Маша, - воровать это плохо.
Обняв своих девочек, Машу и Дею, я утвердительно кивнул:
- Это так, - и по очереди, ну это от избытка чувств, поцеловал их теплые щечки.
- А меня, - печально поинтересовалась Мария, в правое ухо.
Я что есть силы, вдохнул в себя воздух.
- Ну хоть так, - обрадовалась Стихия.
***
- Даня, Даня, пора вставай, - сквозь сон услышал я приятный женский голос.
- Ещё пять минут, - не открывая глаз ответил я и натянул одеяло на голову.
- С воздухом, с Марией, разговариваешь …, - встрял в мою утреннее пробуждение друг.
Сон ушёл.
- Стёпа, блин, - резко встал я на своей кровати, - вот именно сейчас, надо было уточнениями заниматься, - проворчал я, возмущенный тем, что он прервал моё приятное пробуждение.
- Вставать пора, - как ни в чем не, бывало, пожал плечами Степан и взяв свою зубную щетку и пасту, отправился в общий умывальник на нашем этаже.
Кстати, я действительно, как-то упустил, что когда Помощница Дея, рассказала о Стихии Марии, никто из моих друзей даже не уточнил, как так, кто это, лишь моя Маша, в порыве ревности, хотела исколоть мою руку своими ноготками, но, когда узнала, что Мария это воздух, заявила “Что тоже воздух любит” и на этом всё. Ни ревности, ни интереса дополнительного.
“Почему так, Мария?” – мысленно недоумевал я, адресовав свой вопрос к Стихии-Марии.
- Сама в шоке, - фыркнула Мария и ехидно попыталась подвести логику, под отсутствие вопросов, - а может это из-за того, что ты кувшином ударенный?
“Нет, про тебя же Дея первой рассказала, а я лишь оправдывался, перед моей Машей” – пропустив ехидство мимо ушей, мысленно ответил я.
- Спроси это у Степана, - задумчиво откликнулась Мария.
Вздохнув, я пошёл в умывальник, захватив с собой щетку и пасту.
Приведя себя в порядок и закончив наводить утренний марафет, отправился в трапезную комнату, Степан был уже там и колдовал с утренним напитком, готовил наш кофе-Ру́биц, увидев меня, он жизнерадостно произнёс:
- Даня, садись за стол, я сейчас, - имея ввиду разолью по чашкам утренний кофе.
Взяв из посудника сахарницу и вместе с ней усевшись, за массивный дубовый стол трапезной, я стал дожидаться божественного напитка.
“Неплохой кофе все-таки изготовила Дея” – мысленно думал я, вспомнив ситуацию, при которой он вообще появился в этом мире и приняв из рук Степана свою чашку, с дымящимся паром напитком, стал доводить его до ума.
Сахар, молоко всё по своему вкусу, Степан занимался тем же.
- Завтракать будешь? - спросил Степан.
- Нет, - отрицательно мотнул я головой и добавил, - ты же знаешь, что с утра не ем.
Кстати, прежний пилот этого тела, то же не любил завтракать, в этом мы сошлись, не вызывая лишнего удивления у моего друга.
- И зря, - откликнулся Степан, достав из микроволновки (я уже не удивлялся, в смысле схожести бытовой техники) свои бутерброды.
Прихлебнув из своей чашки, я закатил глаза, от удовольствия.
Степан, посмотрев на меня, хмыкнул.
- Что? – удивился я.
- Да нет всё нормально, только вот пытаюсь понять твои эмоции. Кофе действительно хорош, особенно с утра, но твоё лицо при этом …, - Степан защелкал пальцами, подбирая слово.
- Одухотворённое, - предложил я свой вариант.
Степан, удивлённо глянул на меня, а затем кивнул головой:
- Ладно, пусть будет одухотворённое, - согласился он.
- Благодушное, - ещё предложил я вариант.
- Да хоть как, - пожал плечами Степан, - просто, когда ты его пьешь, кажется, что вкуснее ничего на свете не бывает.
- Так и есть, - подтвердил я.
