Со своим противником он разделался быстро и разочаровался, поняв, что второго имторийца уже прикончили, а третий пустился наконец бежать, то ли спасая жизнь, то ли желая предупредить остальных о лазутчиках. Далеко ему убежать не дали. Лур выдрал нож из шеи первой жертвы и спокойно метнул в спину беглецу. Это не честный поединок, это война, в которой нет места благородству и милосердию к врагу. Перед смертью подонок издал пронзительный крик. Слишком громкий для умирающего. В нем слышалось не столько боль или тоска по уходящей жизни, сколько желание привлечь внимание своих. Надо думать, порыв был тщетным. Слишком уж шумно было у ворот, чтоб обратить хоть какое-то внимание на далекий вопль. Да если и услышат, то когда окажутся на месте стычки граф со своим отрядом будет уже далеко.
Ладард бросил взгляд на заляпанный кровью табар имторийца. Если напялить эту мерзость, то появится небольшой шанс сойти за своих, когда доберутся до цели. Объясняться на имторийском худо-бедно умело большинство жителей Сагани. Ведь раньше между приграничными городками Дайрии и Имтории велась торговля, не то чтобы бойкая, но стабильная. Отношения между двумя народами были если не дружескими, то хотя бы добрососедскими. До недавнего времени.
Граф подошел и пнул ногой труп врага. Кровь на плаще вряд ли сильно насторожит охрану старых ворот, всегда можно сказать, что они явились из самой гущи битвы с донесением. Что ж, надо только стащить табар с мертвеца и одеть на себя. Ладард колебался. Его передергивало от отвращения. Причиной тому была не липкая свежая кровь, и не противная обязанность раздевать покойника. Правителя Сагани мутило от мысли, что придется облачиться в красно-белые цвета Имтории. Он успел всей душой возненавидеть это сочетание, и даже ради военной хитрости сложно было пересилить себя. Пока граф колебался, над трупом склонился Стард и без церемоний стащив плащ, натянул на себя. Ладард молча кивнул, исполненный благодарности.
— Думаю, ваша светлость, лучше будет мне выступать за предводителя. Негоже вам вперед лезть в таком деле, уж не обессудьте. А по-имторийски я не хуже вашего объясняться могу.
— Спасибо, Лур, — Ладард задавил в себе желание поспорить, вызванное подозрениями, что боевой товарищ просто оберегает его.
Дальше до самых северных ворот добрались без приключений. Их путь сопровождали все те же страшные картины: сгоревшие здания, следы разрушений и погромов, мертвые тела, гниющие без погребения.
Робким надеждам на то, что ворота оставят без охраны, не суждено было сбыться. Мальчишка Илтон, прячась среди остовов обгоревших зданий, разведал обстановку. С его слов, у стены дежурил отряд примерно в полторы дюжины людей. У Ладарда было раза в два меньше. В столкновении у них практически нет шансов. Одна надежда — на обман. Ну и на того же Илтона, которому Торн дал особое поручение.
Идея прикинуться своими потерпела сокрушительный провал. То ли люди графа слишком мало походили на имторийцев, то ли захватчики знали своих в лицо, но едва завидя небольшой отряд защитники ворот, бросились навстречу с обнаженными мечами.
Не помогли ни красно-белый плащ, ни знание имторийского. Ладард отбивался от двух противников разом, вновь горя мстительной жаждой убийства. Им овладела какая-то бесшабашность. Но не веселая азартная злость, как в молодости, а бесстрашная легкость от осознания, что терять больше нечего. Он знал, что им не победить, оставалось лишь надеяться, что мальчишка не подведет. В какой-то момент граф уловил движение юркой фигурки за спинами дерущихся, но тут же вновь сосредоточился на противниках. Как раз вовремя, потому что один из них открылся, за что тут же поплатился рассеченным горлом. Второй оказался более опытным бойцом, да и место павшего долго не пустовало. Ладард опять бился один против двух. Усилием воли он заставлял себя не смотреть в сторону ворот. Во-первых, чтоб ненароком не привлечь к ним внимания врагов, во-вторых, любой взгляд в сторону мог стоить ему жизни. Не то, чтобы граф всерьез рассчитывал выйти живым из этой передряги, но и умирать раньше времени он не собирался. Нужно утащить с собой за Грань как можно больше выродков, уничтоживших его город и его жизнь, а еще хорошо бы дожить до момента, когда старые деревянные ворота займутся огнем от какой-то мудреной смеси, которую Торн притащил из столицы. Но тут уж вся надежда на ловкого Илтона.
