— На глазах у всех, — добавила мать. — Имейте в виду, у нас только одна попытка. И еще, — она обвела мужчин глазами. — Мы не можем прибегнуть к чужой помощи. Во-первых, потому что довериться кому-либо — огромная опасность. Даже собственным слугам. Пусть мой покойный муж и отбирал с особым тщанием самых верных людей. Я знаю, многие из них готовы жизнь отдать за Таскиллов, но мы не вправе ставить их перед таким страшным выбором — верность своим господам или своему королю. О том, чтобы возложить эту миссию на человека постороннего не может быть и речи. Во-первых, Лан прав в том, что нет практически никого, кто стоит к Йеланду ближе, чем мы. Во-вторых, потому что Таскиллы и Линсары никогда не унизятся до того, чтоб лишить своего короля жизни, прибегнув к помощи наемного убийцы. Каким бы чудовищем не был Йеланд, он — король Элара и имеет право умереть от руки человека благородной крови. И по той же причине яд представляется мне недостойным оружием.
— Но, мама, — возразил Лан. — Яд — единственный, пусть и призрачный шанс избежать расплаты за содеянное.
— Именно, поэтому мы не имеем права к нему прибегнуть. Если уж мы берем на себя ответственность за жизнь короля и судьбу страны, то должны делать это открыто. Мы — заговорщики, но не подлецы.
— Я убью его! — Рейлор чувствовал, что бросает вызов всему миру. — Открыто, глядя в глаза.
— Ты? — голос матери дрогнул, а пальцы впились в подлокотники кресла.
— А кто же еще? Ты сама сказала, что мы не имеем права посвящать в заговор посторонних. Эдан, что бы он там не говорил, не сможет даже подобраться к королю. Он и в столице-то находится незаконно. Хорошо, что мы можем положиться на наших людей и быть уверенными, что о его присутствии не станет известно Йеланду. Остаюсь только я.
— И я, — голос Лана прозвучал спокойно и уверенно, но глаза выдавали смятение.
— Лан! — мать даже повысила голос, что случалось на его памяти крайне редко.
— Не говори ерунды, братишка! — Рейлор увидел, как задел Лана его тон и постарался смягчить сказанное. — Никто не сомневается в твоем мужестве, и дело даже не в годах. Просто я — герцог Таскилл, а оттого только мне принадлежит сомнительная честь отправить нашего недостойного короля за Грань.
— Хватит уже делить право вонзить кинжал в сердце Йеланда. Лучше подумайте, что будет потом, — Рейлору показалось, что мать просто решила сменить тему. Еще бы — слушать как твои сыновья спорят, кто из них станет цареубийцей, а затем отправится на казнь.
— Ничего хорошего, — буркнул Эдан. — Если Рейлора схватят, я сдамся и отправлюсь на плаху вместе с ним. Лучше бы, конечно, убийство короля стало моим уделом, но вы правы в том, что мне к Йеланду не подобраться. Однако я готов держать ответ за решение, которое принял еще до того, как посвятил вас во все это.
— Я не об этом, — прервала эна Таскилл. — Кто по-вашему займет трон после Йеланда?
— Нейри, разумеется, — Рейлор пожал плечами.
С момента Лотэссиной помолвки он недолюбливал принца и пусть в итоге соперник тоже остался ни с чем, отношение Рейлора к нему не изменилось. Однако это никак не меняло того, что Нейри Ильд — законный наследник престола.
— Само собой, — кивнул Эдан. — Какие еще могут быть варианты?
— Я рада, дети мои, что никому из вас не пришло в голову претендовать на престол. Ваша кровь в некотором роде позволяет это, но у короля есть преемник, в отличие от брата не запятнавший себя недостойными деяниями. Хоть я и не считаю, что из Нейри выйдет хороший король, но в любом случае править он будет лучше Йеланда.
— Можно подумать, кто-нибудь из нас стал бы хорошим королем. Разве что, Лан. Видно, ваша рассудительность, матушка, вся без остатка досталась ему. Но никому из нас и в голову не придет претендовать на корону. Да и не на что ее надевать будет, скорее всего, — мрачно усмехнулся Рейлор и тут же осекся, взглянув в глаза матери. — Вы считаете, мы должны поставить принца в известность? — он поспешил перевести тему.
— Ни в коем случае! Мы не имеем права ставить Нейри Ильда перед столь ужасным выбором. Надо полагать, он понимает, какой бездарный король вышел из Йеланда. И, без сомнения, у Нейри есть основания для ненависти, но но ни то, ни другое не является причиной для участия в заговоре против брата и короля. Если мы доверимся принцу, то он будет обязан немедленно схватить нас как государственных изменников, коими мы и являемся. Впрочем, такая обязанность будет лежать на нем и в случае, если наше покушение окажется успешным.
— То есть, мы посадим его на трон, а он в ответ лишит нас жизни? — Эдан не желал мириться с таким раскладом. — Это несправедливо! Ведь мы идем на цареубийство не ради себя, и не ради Нейри Ильда, а для блага Элара. Почему бы не рассказать принцу все, что я узнал от Лотэссы? Я поверил ей, вы поверили мне. Почему бы и Нейри не поверить? Он ведь любил Лотэссу.
